Время ме­ня­ет людей. Но кроме вре­ме­ни, есть еще одна ка­те­го­рия, воз­дей­ству­ю­щая на тебя, может быть, даже по­силь­нее, чем время. Это образ жизни, от­но­ше­ние к ней, со­стра­да­ние к дру­гим. Су­ще­ству­ет со­об­ра­же­ние, что со­стра­да­ние вос­пи­ты­ва­ет­ся соб­ствен­ной бедой. Мне не нра­вит­ся это со­об­ра­же­ние. Я верю, что со­стра­да­ние — это осо­бен­ный та­лант, и без него труд­но оста­вать­ся че­ло­ве­ком.

Че­ло­век без­мя­теж­ной судь­бы знает, ко­неч­но, о бедах, о том, что есть не­счаст­ные, а среди них – и дети. Да, не­сча­стья и беды — это не­из­беж­ность. Но жизнь устро­е­на так, что не­сча­стье счаст­ли­во­му ка­жет­ся чаще всего далёким, порой даже не­ре­аль­ным. Если у тебя всё хо­ро­шо, беда пред­став­ля­ет­ся рас­сы­пан­ной по миру ма­лень­ки­ми пес­чин­ка­ми. Не­сча­стье ка­жет­ся не­ти­пич­ным, а ти­пич­ным — сча­стье. Сча­стье не будет сча­стьем, если оно каж­дый миг ста­нет ду­мать о беде и горе.

Соб­ствен­ные беды остав­ля­ют в душе рубцы и учат че­ло­ве­ка важ­ным ис­ти­нам. Но если че­ло­век за­по­ми­на­ет толь­ко такие уроки, у него за­ни­жен­ная чув­стви­тель­ность. Пла­кать от соб­ствен­ной боли не труд­но. Труд­нее пла­кать от боли чужой. Зна­ме­ни­тый мыс­ли­тель про­шло­го ска­зал: «Про­цве­та­ние рас­кры­ва­ет наши по­ро­ки, а бед­ствие — наши доб­ро­де­те­ли».

(По А. Ли­ха­но­ву.)

Были ли у че­ло­ве­че­ско­го ис­кус­ства два пути с са­мо­го на­ча­ла или оно раз­дво­и­лось го­раз­до позже? Что же было вна­ча­ле: по­треб­ность души по­де­лить­ся своей кра­со­той с дру­гим че­ло­ве­ком или по­треб­ность че­ло­ве­ка укра­сить свой бо­е­вой топор? А если по­треб­ность души, если про­сто на­ко­пив­ше­е­ся в душе по­тре­бо­ва­ло вы­хо­да и изум­ле­ния, то не всё ли равно, на что ему было из­лить­ся: на по­лез­ное ору­дие труда или про­сто на под­хо­дя­щую для этого по­верх­ность при­бреж­ной глад­кой скалы?

Кра­со­та окру­жа­ю­ще­го мира: цвет­ка и полёта ла­сточ­ки, ту­ман­но­го озера и звез­ды, вос­хо­дя­ще­го солн­ца и пче­ли­но­го сота, дре­му­че­го де­ре­ва и жен­ско­го лица — вся кра­со­та окру­жа­ю­ще­го мира по­сте­пен­но ак­ку­му­ли­ро­ва­лась в душе че­ло­ве­ка. Потом не­из­беж­но на­ча­лась от­да­ча. Изоб­ра­же­ние цвет­ка или оленя по­яви­лось на ру­ко­ят­ке бо­е­во­го то­по­ра. Изоб­ра­же­ние солн­ца или птицы укра­си­ло бе­ре­стя­ное ве­дер­ко либо пер­во­быт­ную гли­ня­ную та­рел­ку. Ведь до сих пор на­род­ное ис­кус­ство носит ярко вы­ра­жен­ный при­клад­ной ха­рак­тер. Вся­кое укра­шен­ное из­де­лие – это пре­жде всего из­де­лие. Будь то со­лон­ка, дуга, ложка, тре­па­ло, са­лаз­ки, по­ло­тен­це, дет­ская ко­лы­бель­ка…

Потом уж ис­кус­ство от­влек­лось. Ри­су­нок на скале не имеет ни­ка­ко­го при­клад­но­го ха­рак­те­ра. Это про­сто ра­дост­ный или го­рест­ный крик души. От никчёмного ри­сун­ка на скале до ри­сун­ка Рем­бранд­та, оперы Ва­г­не­ра, скульп­ту­ры Ро­де­на, ро­ма­на До­сто­ев­ско­го, сти­хо­тво­ре­ния Блока, пи­ру­эта Га­ли­ны Ула­но­вой.

(По В. Со­ло­ухи­ну.)

Гру­бость в языке, как и гру­бость в ма­не­рах, не­ряш­ли­вость в одеж­де — очень рас­про­стра­нен­ное яв­ле­ние, и сви­де­тель­ству­ет оно о не­за­щи­щен­но­сти че­ло­ве­ка, о его сла­бо­сти, а вовсе не о силе. Я уж не го­во­рю о том, что это при­знак не­вос­пи­тан­но­сти, а ино­гда и же­сто­ко­сти.

По-на­сто­я­ще­му силь­ный и урав­но­ве­шен­ный че­ло­век не будет без нужды гром­ко го­во­рить и ру­гать­ся. Ведь давно из­вест­но, что каж­дый наш по­сту­пок, каж­дое наше слово от­ра­жа­ет­ся на окру­жа­ю­щих и враж­деб­но са­мо­му до­ро­го­му, что есть на свете, — че­ло­ве­че­ской жизни. И силь­ный че­ло­век, по­ни­мая все это, как раз и силен своим бла­го­род­ством и ве­ли­ко­ду­ши­ем.

Учить­ся хо­ро­шей, спо­кой­ной, ин­тел­ли­гент­ной речи надо долго и вни­ма­тель­но — при­слу­ши­ва­ясь, за­по­ми­ная, читая. Но хоть и труд­но — это нужно, дей­стви­тель­но нужно! Наша речь — важ­ней­шая часть не толь­ко на­ше­го по­ве­де­ния, но и нашей лич­но­сти, нашей души, ума, нашей спо­соб­но­сти не под­да­вать­ся вли­я­ни­ям среды, если она «за­тя­ги­ва­ет».

(По Д. С. Ли­ха­че­ву)

Я вспо­ми­нал сотни от­ве­тов маль­чи­шек на во­прос: каким че­ло­ве­ком тебе хо­чет­ся стать. Силь­ным, храб­рым, му­же­ствен­ным, умным, на­ход­чи­вым, бес­страш­ным… И никто не ска­зал — доб­рым. По­че­му доб­ро­та не ста­вит­ся в один ряд с та­ки­ми доб­ле­стя­ми, как му­же­ство и храб­рость? Но ведь без доб­ро­ты, под­лин­ной теп­ло­ты серд­ца не­воз­мож­на ду­шев­ная кра­со­та че­ло­ве­ка. Доб­рые чув­ства, эмо­ци­о­наль­ная куль­ту­ра — это сре­до­то­чие че­ло­веч­но­сти.

Се­год­ня, когда в мире и так до­ста­точ­но зла, нам стоит быть более тер­пи­мы­ми, вни­ма­тель­ны­ми и доб­ры­ми по от­но­ше­нию друг к другу, по от­но­ше­нию к окру­жа­ю­ще­му жи­во­му миру и со­вер­шать самые сме­лые по­ступ­ки во имя добра. Сле­до­ва­ние путём добра — путь самый при­ем­ле­мый и един­ствен­ный для че­ло­ве­ка. Он ис­пы­тан, он верен, он по­ле­зен и че­ло­ве­ку в оди­ноч­ку, и всему об­ще­ству в целом.

Учить чув­ство­вать и со­чув­ство­вать — это самое труд­ное, что есть в вос­пи­та­нии. Если доб­рые чув­ства не вос­пи­та­ны в дет­стве, их ни­ко­гда не вос­пи­та­ешь, по­то­му что они усва­и­ва­ют­ся од­но­вре­мен­но с по­зна­ни­ем пер­вых и важ­ней­ших истин, глав­ная из ко­то­рых — это цен­ность жизни, чужой, своей, жизни жи­вот­но­го мира и рас­те­ний. В дет­стве че­ло­век дол­жен прой­ти эмо­ци­о­наль­ную школу, школу вос­пи­та­ния доб­рых чувств.

(По Д. С. Лихачёву.)

Мы часто го­во­рим друг другу: «Желаю тебе всего доб­ро­го». Это не про­сто вы­ра­же­ние веж­ли­во­сти. В этих сло­вах мы вы­ра­жа­ем свою че­ло­ве­че­скую сущ­ность. Надо иметь боль­шую силу духа, чтобы уметь же­лать добра дру­гим. Уме­ние чув­ство­вать, уме­ние ви­деть по-доб­ро­му окру­жа­ю­щих тебя людей — это не толь­ко по­ка­за­тель куль­ту­ры, но и ре­зуль­тат огром­ной внут­рен­ней ра­бо­ты духа.

Об­ра­ща­ясь друг к другу с прось­бой, мы го­во­рим «по­жа­луй­ста». Прось­ба — это порыв души. От­ка­зать че­ло­ве­ку в по­мо­щи — зна­чит по­те­рять соб­ствен­ное че­ло­ве­че­ское до­сто­ин­ство. Рав­но­ду­шие к нуж­да­ю­щим­ся в по­мо­щи — это ду­шев­ное урод­ство. Чтобы убе­речь себя от рав­но­ду­шия, надо раз­ви­вать в своей душе со­уча­стие, со­чув­ствие, со­стра­да­ние. И в то же время — уме­ние от­ли­чать без­обид­ные че­ло­ве­че­ские сла­бо­сти от по­ро­ков, ка­ле­ча­щих душу.

Уве­ли­чи­вать добро в окру­жа­ю­щем нас мире — в этом за­клю­ча­ет­ся самая боль­шая цель в жизни. Добро сла­га­ет­ся из мно­го­го. И каж­дый раз жизнь ста­вит перед че­ло­ве­ком за­да­чу, ко­то­рую надо уметь ре­шать. Лю­бовь и друж­ба, раз­рас­та­ясь и рас­про­стра­ня­ясь на мно­гое, об­ре­та­ют новые силы, ста­но­вят­ся все выше, а че­ло­век, их центр, муд­рее.

(По Д. Ли­ха­че­ву)

Про­жить жизнь с до­сто­ин­ством и по­лу­чить ра­дость че­ло­ве­ку поз­во­ля­ет на­сто­я­щая цель. Если че­ло­век живет, чтобы при­но­сить людям добро, об­лег­чать их стра­да­ния при бо­лез­нях, да­вать людям ра­дость, то он ста­вит себе цель, до­стой­ную че­ло­ве­ка. Если че­ло­век ста­вит перед собой за­да­чу при­об­ре­сти все эле­мен­тар­ные ма­те­ри­аль­ные блага: ма­ши­ну, дачу, ме­бель­ный гар­ни­тур, — он до­пус­ка­ет ро­ко­вую ошиб­ку.

Ставя себе целью ка­рье­ру или при­об­ре­та­тель­ство, че­ло­век ис­пы­ты­ва­ет в сумме го­раз­до боль­ше огор­че­ний, чем ра­до­стей, и рис­ку­ет по­те­рять всё. Не по­вы­си­ли в долж­но­сти — огор­че­ние; не успел ку­пить марку для своей кол­лек­ции — огор­че­ние; у кого-то луч­шая, чем у тебя, ме­бель или луч­шая ма­ши­на — опять огор­че­ние. Еще какое! А что может по­те­рять че­ло­век, ко­то­рый ра­до­вал­ся каж­до­му сво­е­му доб­ро­му делу? Важно толь­ко, чтобы добро, ко­то­рое че­ло­век де­ла­ет, было бы его внут­рен­ней по­треб­но­стью, шло от ум­но­го серд­ца, а не толь­ко от го­ло­вы.

По­это­му глав­ной жиз­нен­ной за­да­чей долж­на быть обя­за­тель­но за­да­ча шире, чем про­сто лич­ност­ная. Она не долж­на быть за­мкну­та толь­ко на соб­ствен­ных уда­чах и не­уда­чах. Она долж­на дик­то­вать­ся доб­ро­той к людям, лю­бо­вью к семье, к сво­е­му го­ро­ду, к сво­е­му на­ро­ду, стра­не, ко всей Все­лен­ной.

(По Д. Ли­ха­че­ву)

Слово «ха­рак­тер» при­шло в рус­ский язык из гре­че­ско­го, в пе­ре­во­де оно озна­ча­ет «при­знак, осо­бен­ность». В за­ви­си­мо­сти от су­ще­ству­ю­щих у че­ло­ве­ка во­ле­вых ка­честв фор­ми­ру­ет­ся или силь­ный, или сла­бый ха­рак­тер, по­это­му воля и ха­рак­тер тесно между собой свя­за­ны.

Как вос­пи­тать у себя силь­ную волю и ха­рак­тер? Эти ка­че­ства утвер­жда­ют­ся в че­ло­ве­ке при пре­одо­ле­нии раз­лич­ных пре­пят­ствий — внут­рен­них и внеш­них. Внут­рен­ние пре­пят­ствия со­зда­ют­ся самим че­ло­ве­ком — его ленью, пуг­ли­во­стью, упрям­ством, лож­ным са­мо­лю­би­ем, стес­ни­тель­но­стью, пас­сив­но­стью, со­мне­ни­я­ми. Внеш­ние могут со­зда­вать­ся дру­ги­ми лю­дь­ми или труд­но­стя­ми вы­пол­не­ния за­да­чи.

С чего сле­ду­ет на­чи­нать вос­пи­та­ние силь­ной воли и ха­рак­те­ра? Проще всего с до­сти­же­ния не слиш­ком труд­ных целей, а затем по­сте­пен­но их услож­няя. Это даст воз­мож­ность укре­пить веру в себя и при­об­ре­сти не­об­хо­ди­мый опыт. Очень важ­ным усло­ви­ем вос­пи­та­ния силы воли и твёрдого ха­рак­те­ра яв­ля­ет­ся си­сте­ма­ти­че­ская тре­ни­ров­ка в пре­одо­ле­нии труд­но­стей. Если её из­бе­гать в по­все­днев­ной жизни, то можно ока­зать­ся бес­по­мощ­ным в серьёзных ис­пы­та­ни­ях. А кому же хо­чет­ся ка­зать­ся сла­бым и бес­ха­рак­тер­ным в гла­зах окру­жа­ю­щих?

151 слово

(По Т. Мо­ро­зо­вой)

Каков самый цен­ный по­да­рок для лю­бо­го че­ло­ве­ка? Ко­неч­но, это лю­бовь и доб­ро­та. Они все­гда идут рядом, они слов­но одно целое. Лю­бовь и доб­ро­ту можно да­рить бес­ко­рыст­но, с са­мы­ми луч­ши­ми на­ме­ре­ни­я­ми. Про­стая от­зыв­чи­вость к людям уже озна­ча­ет добро. Под­дер­жи­те сво­е­го друга, по­мо­ги­те ему вы­пол­нить слож­ное за­да­ние или сде­лай­те не­ожи­дан­ный по­да­рок, пусть даже ма­лень­кий, но от души...

Не за­бы­вай­те и о самых близ­ких — ро­ди­те­лях! Они не мень­ше дру­гих нуж­да­ют­ся в нашей любви и доб­ро­те, вни­ма­нии и по­ни­ма­нии. Имен­но им достаётся мень­ше всего при­ят­ных слов от нас, по­то­му что чаще всего наша лю­бовь су­ще­ству­ет как факт, как что-то само собой ра­зу­ме­ю­ще­е­ся. Од­на­ко ро­ди­те­ли тоже имеют право на нашу лю­бовь и бла­го­дар­ность, до­ве­рие и по­мощь.

По­да­рить лю­бовь и доб­ро­ту легко. Надо про­сто на­чать де­лать доб­рые дела и не оста­нав­ли­вать­ся. И вы не за­ме­ти­те, как они сде­ла­ют вашу жизнь уди­ви­тель­ной.

135 слов

(По В. Бес­со­но­вой)

Ничто не це­нит­ся окру­жа­ю­щи­ми нас лю­дь­ми так до­ро­го, как веж­ли­вость и де­ли­кат­ность. Но в жизни нам не­ред­ко при­хо­дит­ся стал­ки­вать­ся с гру­бо­стью, рез­ко­стью, не­ува­же­ни­ем. При­чи­на здесь в том, что мы не­до­оце­ни­ва­ем куль­ту­ру по­ве­де­ния че­ло­ве­ка, его ма­не­ры.

Ма­не­ры — это спо­соб дер­жать себя, внеш­няя форма по­ве­де­ния, упо­треб­ля­е­мые в речи вы­ра­же­ния, тон, ин­то­на­ция, же­сти­ку­ля­ция и даже ми­ми­ка. В об­ще­стве хо­ро­ши­ми ма­не­ра­ми счи­та­ют­ся скром­ность и сдер­жан­ность, уме­ние кон­тро­ли­ро­вать свои по­ступ­ки. Дур­ны­ми ма­не­ра­ми при­ня­то счи­тать раз­вяз­ность в же­сти­ку­ля­ции и по­ве­де­нии, не­ряш­ли­вость в одеж­де, гру­бость, про­яв­ля­е­мую в пре­не­бре­же­нии к чужим ин­те­ре­сам, в без­за­стен­чи­вом на­вя­зы­ва­нии дру­гим людям своей воли и же­ла­ний, в не­уме­ни» сдер­жи­вать своё раз­дра­же­ние, в бес­такт­но­сти, сквер­но­сло­вии, упо­треб­ле­нии уни­зи­тель­ных кли­чек, про­звищ.

Обя­за­тель­ным усло­ви­ем куль­тур­но­го об­ще­ния яв­ля­ет­ся де­ли­кат­ность. Де­ли­кат­ность не долж­на быть из­лиш­ней, пре­вра­щать­ся в льсти­вость. Не надо уси­лен­но скры­вать, что вы впер­вые ви­ди­те что-то, слу­ша­е­те, про­бу­е­те на вкус, боясь, что в про­тив­ном слу­чае вас со­чтут не­веж­дой. Одним сло­вом, о вас ска­жут ваши ма­не­ры.

147 слов

(Из ма­те­ри­а­лов Ин­тер­не­та)

Все ли люди та­лант­ли­вы? Без­услов­но, каж­дый че­ло­век при­шел на Землю со своим пред­на­зна­че­ни­ем, а зна­чит, и та­лан­том. Не каж­дый его, может быть, рас­крыл и даже со­мне­ва­ет­ся в том, что он у него есть. Кому-то не хва­та­ет уве­рен­но­сти в себе, кто-то стес­ня­ет­ся, а это уже не­уве­рен­ность. Кто-то не хочет рис­ко­вать. Кто-то про­сто не осо­зна­ет на­ли­чие у себя та­лан­та.

У Ричар­да Баха есть за­ме­ча­тель­ные слова: «Каж­до­му из нас при рож­де­нии да­ет­ся глыба мра­мо­ра и ин­стру­мен­ты, чтобы пре­вра­тить ее в ста­тую. Не­ко­то­рые так и тас­ка­ют эту глыбу с собой всю жизнь, ни разу ее не кос­нув­шись. Не­ко­то­рые до­воль­но быст­ро раз­би­ва­ют ее на ма­лень­кие оскол­ки. А не­ко­то­рым таки уда­ет­ся со­здать из нее ве­ли­кий ше­девр!»

Каж­дый из нас уни­ка­лен. Каж­дый та­лант­лив. Каж­дый са­мо­сто­я­тель­но может этот та­лант рас­крыть. У каж­до­го из нас уни­каль­ная жиз­нен­ная мис­сия. За­ду­май­тесь об этом прямо сей­час. И за­яви­те о своем та­лан­те от­кры­то. Сна­ча­ла своим дру­зьям и род­ным, а потом и миру. Будь­те счаст­ли­вы.

151 слово (По Ж. Ма­ги­не)

Сущ­ность по­ня­тия «власть» за­клю­ча­ет­ся в воз­мож­но­сти од­но­го че­ло­ве­ка за­ста­вить дру­го­го де­лать то, что тот по своей воле не сде­лал бы. Де­ре­во, если ему не ме­шать, растёт ровно вверх. Но даже если ему не удаётся расти ровно, то оно, из­ги­ба­ясь под пре­пят­стви­я­ми, ста­ра­ет­ся из-под них выйти и опять тя­нуть­ся вверх. Так и че­ло­век. Рано или позд­но он за­хо­чет выйти из по­ви­но­ве­ния. Люди по­кор­ные обыч­но стра­да­ют, но если раз им уда­лось сбро­сить свою «ношу», то они не­ред­ко и сами пре­вра­ща­ют­ся в ти­ра­нов.

Если ко­ман­до­вать везде и всеми, то че­ло­ве­ка ждёт оди­но­че­ство как финал жизни. Такой че­ло­век все­гда будет оди­нок. Ведь на рав­ных об­щать­ся он не умеет. Внут­ри у него глу­хая, ино­гда не­осо­зна­ва­е­мая тре­во­га. И он чув­ству­ет себя спо­кой­но толь­ко тогда, когда люди бес­пре­ко­слов­но вы­пол­ня­ют его рас­по­ря­же­ния. Ко­ман­ди­ры и сами не­счаст­ные люди, и пло­дят не­сча­стье, даже если до­би­ва­ют­ся не­пло­хих ре­зуль­та­тов.

Ко­ман­до­вать и управ­лять лю­дь­ми — это раз­ные вещи. Тот, кто управ­ля­ет, умеет от­вет­ствен­ность за по­ступ­ки брать на себя. Такой под­ход со­хра­ня­ет пси­хи­че­ское здо­ро­вье и са­мо­го че­ло­ве­ка, и окру­жа­ю­щих.

(по Ми­ха­и­лу Лит­ва­ку)

Мы часто го­во­рим о слож­но­стях, свя­зан­ных с вос­пи­та­ни­ем на­чи­на­ю­ще­го жизнь че­ло­ве­ка. И самая боль­шая про­бле­ма — это ослаб­ле­ние се­мей­ных уз, умень­ше­ние зна­че­ния семьи в вос­пи­та­нии ребёнка. А если в ран­ние годы в че­ло­ве­ка семьёй не было за­ло­же­но ни­че­го проч­но­го в нрав­ствен­ном смыс­ле, то потом у об­ще­ства будет не­ма­ло хло­пот с этим граж­да­ни­ном.

Дру­гая край­ность — чрез­мер­ная опека ребёнка ро­ди­те­ля­ми. Это тоже след­ствие ослаб­ле­ния се­мей­но­го на­ча­ла. Ро­ди­те­ли не­до­да­ли сво­е­му ребёнку ду­шев­но­го тепла и, ощу­щая эту вину, стре­мят­ся в бу­ду­щем опла­тить свой внут­рен­ний ду­хов­ный долг за­поз­да­лой ме­лоч­ной опе­кой и ма­те­ри­аль­ны­ми бла­га­ми.

Мир из­ме­ня­ет­ся, ста­но­вит­ся дру­гим. Но если ро­ди­те­ли не смог­ли уста­но­вить внут­рен­ний кон­такт с ребёнком, пе­ре­кла­ды­вая ос­нов­ные за­бо­ты на ба­бу­шек и де­ду­шек или об­ще­ствен­ные ор­га­ни­за­ции, то не стоит удив­лять­ся тому, что иной ребёнок так рано при­об­ре­та­ет ци­низм и не­ве­рие в бес­ко­ры­стие, что жизнь его обед­ня­ет­ся, ста­но­вит­ся плос­кой и сухой.

(По Ю. М. На­ги­би­ну)

Од­но­му че­ло­ве­ку ска­за­ли, что его зна­ко­мый ото­звал­ся о нём в не­лест­ных вы­ра­же­ни­ях. «Да не может быть! — вос­клик­нул че­ло­век. — Я ни­че­го хо­ро­ше­го для него не сде­лал... » . Вот он, ал­го­ритм чёрной не­бла­го­дар­но­сти, когда на добро от­ве­ча­ют злом. В жизни, надо по­ла­гать, этот че­ло­век не раз встре­чал­ся с лю­дь­ми, пе­ре­пу­тав­ши­ми ори­ен­ти­ры на ком­па­се нрав­ствен­но­сти.

Нрав­ствен­ность — это пу­те­во­ди­тель по жизни. И если ты бу­дешь от­кло­нять­ся от до­ро­ги, то впол­не мо­жешь за­бре­сти в бу­ре­лом, ко­лю­чий ку­стар­ник, а то и вовсе уто­нуть. То есть если ты не­бла­го­дар­но ведёшь себя по от­но­ше­нию к дру­гим, то и люди впра­ве вести себя по от­но­ше­нию к тебе так же.

Как же от­но­сить­ся к этому яв­ле­нию? От­но­си­тесь фи­ло­соф­ски. Со­вер­шай­те добро и знай­те, что оно на­вер­ня­ка оку­пит­ся. Уве­ряю Вас, что Вы сами бу­де­те по­лу­чать на­сла­жде­ние от того, что де­ла­е­те добро. То есть Вы бу­де­те счаст­ли­вы. А это и есть цель в жизни –про­жить её счаст­ли­во. И пом­ни­те: тво­рят добро воз­вы­шен­ные на­ту­ры.

Что такое нрав­ствен­ность? Это си­сте­ма пра­вил по­ве­де­ния лич­но­сти, пре­жде всего, от­ве­ча­ю­щая на во­прос: что хо­ро­шо, а что плохо, что добро, а что зло. Каж­дый че­ло­век при оцен­ке сво­е­го по­ве­де­ния, по­ве­де­ния дру­гих людей поль­зу­ет­ся этой си­сте­мой пра­вил. В ос­но­ву этой си­сте­мы вхо­дят цен­но­сти, ко­то­рые дан­ный че­ло­век счи­та­ет важ­ны­ми и не­об­хо­ди­мы­ми. Как пра­ви­ло, среди таких цен­но­стей жизнь че­ло­ве­ка, сча­стье, семья, лю­бовь, бла­го­со­сто­я­ние и дру­гие.

В за­ви­си­мо­сти от того, какие имен­но цен­но­сти вы­би­ра­ет че­ло­век для себя, в какой иерар­хии он их рас­по­ла­га­ет и на­сколь­ко при­дер­жи­ва­ет­ся их в по­ве­де­нии, и опре­де­ля­ет­ся, ка­ки­ми будут по­ступ­ки че­ло­ве­ка — нрав­ствен­ны­ми или без­нрав­ствен­ны­ми. По­это­му нрав­ствен­ность — это все­гда выбор, са­мо­сто­я­тель­ный выбор че­ло­ве­ка.

Что может по­мочь сде­лать пра­виль­ный выбор и обес­пе­чить нрав­ствен­ное по­ве­де­ние че­ло­ве­ка? Толь­ко со­весть. Со­весть, ко­то­рая про­яв­ля­ет­ся в чув­стве вины за без­нрав­ствен­ный по­сту­пок. Это та един­ствен­ная сила, ко­то­рая может обес­пе­чить нрав­ствен­ное по­ве­де­ние че­ло­ве­ка.

Я вспо­ми­нал сотни от­ве­тов маль­чи­шек на во­прос: каким че­ло­ве­ком тебе хо­чет­ся стать. Силь­ным, храб­рым, му­же­ствен­ным, умным, на­ход­чи­вым, бес­страш­ным… И никто не ска­зал — доб­рым. По­че­му доб­ро­та не ста­вит­ся в один ряд с та­ки­ми доб­ле­стя­ми, как му­же­ство и храб­рость? Но ведь без доб­ро­ты, под­лин­ной теп­ло­ты серд­ца не­воз­мож­на ду­шев­ная кра­со­та че­ло­ве­ка. Доб­рые чув­ства, эмо­ци­о­наль­ная куль­ту­ра — это сре­до­то­чие че­ло­веч­но­сти.

Се­год­ня, когда в мире и так до­ста­точ­но зла, нам стоит быть более тер­пи­мы­ми, вни­ма­тель­ны­ми и доб­ры­ми по от­но­ше­нию друг к другу, по от­но­ше­нию к окру­жа­ю­ще­му жи­во­му миру и со­вер­шать самые сме­лые по­ступ­ки во имя добра. Сле­до­ва­ние путём добра — путь самый при­ем­ле­мый и един­ствен­ный для че­ло­ве­ка. Он ис­пы­тан, он верен, он по­ле­зен и че­ло­ве­ку в оди­ноч­ку, и всему об­ще­ству в целом.

Учить чув­ство­вать и со­чув­ство­вать — это самое труд­ное, что есть в вос­пи­та­нии. Если доб­рые чув­ства не вос­пи­та­ны в дет­стве, их ни­ко­гда не вос­пи­та­ешь, по­то­му что они усва­и­ва­ют­ся од­но­вре­мен­но с по­зна­ни­ем пер­вых и важ­ней­ших истин, глав­ная из ко­то­рых — это цен­ность жизни, чужой, своей, жизни жи­вот­но­го мира и рас­те­ний. В дет­стве че­ло­век дол­жен прой­ти эмо­ци­о­наль­ную школу, школу вос­пи­та­ния доб­рых чувств.

(По Д. С. Лихачёву.)

Чтобы оце­нить доб­ро­ту и по­нять ее зна­че­ние, надо не­пре­мен­но са­мо­му ис­пы­тать ее: надо вос­при­нять луч чужой доб­ро­ты и по­жить в нем, по­чув­ство­вать, как луч этой доб­ро­ты овла­де­ва­ет серд­цем, сло­вом и де­ла­ми всей жизни. Доб­ро­та при­хо­дит не по обя­зан­но­сти, не в силу долга, а как дар.

Чужая доб­ро­та — это пред­чув­ствие чего-то боль­ше­го, во что даже не сразу ве­рит­ся; это теп­ло­та, от ко­то­рой серд­це со­гре­ва­ет­ся и при­хо­дит в от­вет­ное дви­же­ние. Че­ло­век, раз ис­пы­тав­ший доб­ро­ту, не может не от­ве­тить (рано или позд­но, уве­рен­но или не­уве­рен­но) своею доб­ро­тою.

Это ве­ли­кое сча­стье — по­чув­ство­вать в своём серд­це огонь доб­ро­ты и дать ему волю к жизни. В этот миг, в эти часы че­ло­век на­хо­дит в себе своё луч­шее, слы­шит пение сво­е­го серд­ца. За­бы­ва­ет­ся «я» и своё, ис­че­за­ет чужое, ибо оно ста­но­вит­ся «моим» и «мною». И для враж­ды и не­на­ви­сти не остаётся места в душе.

Что такое хо­ро­шая книга? Во-пер­вых, книга долж­на быть увле­ка­тель­ной и ин­те­рес­ной. После про­чте­ния пер­вых стра­ниц не долж­но воз­ни­кать же­ла­ния по­ста­вить её на полку. Речь идёт о кни­гах, за­став­ля­ю­щих нас за­ду­мать­ся, вы­ра­зить эмо­ции. Во-вто­рых, книга долж­на быть на­пи­са­на бо­га­тым язы­ком. В-тре­тьих, она долж­на нести глу­бо­кий смысл. Ори­ги­наль­ные и не­обыч­ные идеи тоже де­ла­ют книгу по­лез­ной.

Не стоит увле­кать­ся каким-либо одним жан­ром или родом ли­те­ра­ту­ры. Так, увле­че­ние толь­ко лишь жан­ром фэн­те­зи спо­соб­но пре­вра­тить мо­ло­дых чи­та­те­лей в го­бли­нов и эль­фов, зна­ю­щих до­ро­гу в Эва­лон го­раз­до лучше, чем путь домой.

Если вы не чи­та­ли книг из школь­ной про­грам­мы или чи­та­ли их в со­кращённом виде, сле­ду­ет на­чать имен­но с них. Клас­си­че­ская ли­те­ра­ту­ра – это обя­за­тель­ная база для каж­до­го че­ло­ве­ка. В ве­ли­ких про­из­ве­де­ни­ях есть разо­ча­ро­ва­ние и ра­дость, лю­бовь и боль, тра­ге­дия и ко­ме­дия. Они на­учат вас быть чут­ки­ми, эмо­ци­о­наль­ны­ми, по­мо­гут уви­деть кра­со­ту мира, по­нять себя и людей. Есте­ствен­но, чи­тай­те на­уч­но-по­пу­ляр­ную ли­те­ра­ту­ру. Она рас­ши­рит ваш кру­го­зор, сфор­ми­ру­ет зна­ние о мире, по­мо­жет вам опре­де­лить свой путь в жизни, даст воз­мож­ность са­мо­раз­ви­тию. На­де­ем­ся, что эти до­во­ды, при­ведённые в поль­зу чте­ния, сде­ла­ют книгу вашим луч­шим дру­гом.

Слово «куль­ту­ра» мно­го­гран­но. Что же в первую оче­редь несёт в себе ис­тин­ная куль­ту­ра? Она несёт в себе по­ня­тие ду­хов­но­сти, свет, зна­ние и ис­тин­ную кра­со­ту. И если люди пой­мут это, то наша стра­на ста­нет про­цве­та­ю­щей.

И по­то­му было бы очень хо­ро­шо, если бы в каж­дом го­ро­де и посёлке был свой центр куль­ту­ры, центр твор­че­ства не толь­ко для детей, но и для людей всех воз­рас­тов. Ис­тин­ная куль­ту­ра все­гда на­прав­ле­на на вос­пи­та­ние и на об­ра­зо­ва­ние. И во главе таких цен­тров долж­ны сто­ять люди, хо­ро­шо по­ни­ма­ю­щие, что такое на­сто­я­щая куль­ту­ра, из чего она скла­ды­ва­ет­ся, ка­ко­во её зна­че­ние.

Клю­че­вой нотой куль­ту­ры могут стать такие по­ня­тия, как мир, ис­ти­на, кра­со­та. Было бы хо­ро­шо, если бы куль­ту­рой за­ни­ма­лись люди чест­ные и бес­ко­рыст­ные, без­за­вет­но пре­дан­ные сво­е­му делу, ува­жа­ю­щие друг друга. Куль­ту­ра — огром­ный океан твор­че­ства, места хва­тит всем, для каж­до­го найдётся дело. И если мы все вме­сте ста­нем участ­во­вать в её со­зда­нии и укреп­ле­нии, то вся пла­не­та наша ста­нет пре­крас­нее.

Что такое друж­ба? Как ста­но­вят­ся дру­зья­ми? Дру­зей встре­тишь чаще всего среди людей общей судь­бы, одной про­фес­сии, общих по­мыс­лов. И всё же нель­зя уве­рен­но ска­зать, что по­доб­ная общ­ность опре­де­ля­ет друж­бу, ведь могут по­дру­жить­ся люди раз­ных про­фес­сий.

Могут ли дру­жить два про­ти­во­по­лож­ных ха­рак­те­ра? Ко­неч­но! Друж­ба - ра­вен­ство и сход­ство. Но в то же время друж­ба - это не­ра­вен­ство и не­сход­ство. Дру­зья все­гда нужны друг другу, но не все­гда дру­зья по­лу­ча­ют от друж­бы по­ров­ну. Один дру­жит и дарит свой опыт, дру­гой в друж­бе обо­га­ща­ет­ся опы­том. Один, по­мо­гая сла­бо­му, не­опыт­но­му, мо­ло­до­му другу, познаёт свою силу, зре­лость. Дру­гой, сла­бый, по­зна­ет в друге свой идеал, силу, опыт, зре­лость. Так, один в друж­бе дарит, дру­гой ра­ду­ет­ся по­дар­кам. Друж­ба ос­но­вы­ва­ет­ся на сход­стве, а про­яв­ля­ет­ся в раз­ли­чии, про­ти­во­ре­чи­ях, не­сход­ствах.

Друг тот, кто утвер­жда­ет твою право­ту, та­лант, за­слу­ги. Друг тот, кто, любя, раз­об­ла­ча­ет тебя в твоих сла­бо­стях, не­до­стат­ках и по­ро­ках.