Гру­бость в языке, как и гру­бость в ма­не­рах, не­ряш­ли­вость в одеж­де — очень рас­про­стра­нен­ное яв­ле­ние, и сви­де­тель­ству­ет оно о не­за­щи­щен­но­сти че­ло­ве­ка, о его сла­бо­сти, а вовсе не о силе. Я уж не го­во­рю о том, что это при­знак не­вос­пи­тан­но­сти, а ино­гда и же­сто­ко­сти.

По-на­сто­я­ще­му силь­ный и урав­но­ве­шен­ный че­ло­век не будет без нужды гром­ко го­во­рить и ру­гать­ся. Ведь давно из­вест­но, что каж­дый наш по­сту­пок, каж­дое наше слово от­ра­жа­ет­ся на окру­жа­ю­щих и враж­деб­но са­мо­му до­ро­го­му, что есть на свете, — че­ло­ве­че­ской жизни. И силь­ный че­ло­век, по­ни­мая все это, как раз и силен своим бла­го­род­ством и ве­ли­ко­ду­ши­ем.

Учить­ся хо­ро­шей, спо­кой­ной, ин­тел­ли­гент­ной речи надо долго и вни­ма­тель­но — при­слу­ши­ва­ясь, за­по­ми­ная, читая. Но хоть и труд­но — это нужно, дей­стви­тель­но нужно! Наша речь — важ­ней­шая часть не толь­ко на­ше­го по­ве­де­ния, но и нашей лич­но­сти, нашей души, ума, нашей спо­соб­но­сти не под­да­вать­ся вли­я­ни­ям среды, если она «за­тя­ги­ва­ет».

(По Д. С. Ли­ха­че­ву)