(1)  Ша­ри­ки на­ду­ва­ют лёгким газом, обыч­но ге­ли­ем. (2)  Ре­зи­на, из ко­то­рой де­ла­ют ша­ри­ки, со­сто­ит из длин­ных ни­те­вид­ных мо­ле­кул, пе­ре­плетённых в мно­го­слой­ную сетку. (3)  Эти мо­ле­ку­лы (а они со­сто­ят всего из од­но­го атома) на­столь­ко малы, что могут по­не­мно­гу про­са­чи­вать­ся через от­вер­стия в этой сетке. (4)  К тому же, когда шарик на­ду­ва­ют, его стен­ка рас­тя­ги­ва­ет­ся, ста­но­вит­ся тонь­ше, от­вер­стия сетки не­мно­го рас­ши­ря­ют­ся, и про­цесс утеч­ки газа об­лег­ча­ет­ся; когда уже до­воль­но много гелия вышло на­ру­жу и дав­ле­ние в ша­ри­ке упало, он умень­ша­ет­ся, а его стен­ка снова утол­ща­ет­ся. (5)  Таким об­ра­зом, утеч­ка гелия сна­ча­ла идёт быст­ро, а потом, когда шарик съёжился, за­мед­ля­ет­ся, и он может долго не сду­вать­ся.

(1)  Ша­ри­ки на­ду­ва­ют лёгким газом, обыч­но ге­ли­ем. (2)  Ре­зи­на, из ко­то­рой де­ла­ют ша­ри­ки, со­сто­ит из длин­ных ни­те­вид­ных мо­ле­кул, пе­ре­плетённых в мно­го­слой­ную сетку. (3)  Эти мо­ле­ку­лы (а они со­сто­ят всего из од­но­го атома) на­столь­ко малы, что могут по­не­мно­гу про­са­чи­вать­ся через от­вер­стия в этой сетке. (4)  К тому же, когда шарик на­ду­ва­ют, его стен­ка рас­тя­ги­ва­ет­ся, ста­но­вит­ся тонь­ше, от­вер­стия сетки не­мно­го рас­ши­ря­ют­ся, и про­цесс утеч­ки газа об­лег­ча­ет­ся; когда уже до­воль­но много гелия вышло на­ру­жу и дав­ле­ние в ша­ри­ке упало, он умень­ша­ет­ся, а его стен­ка снова утол­ща­ет­ся. (5)  Таким об­ра­зом, утеч­ка гелия сна­ча­ла идёт быст­ро, а потом, когда шарик съёжился, за­мед­ля­ет­ся, и он может долго не сду­вать­ся.

(1)  Я та­щил­ся по улице и вдруг уви­дел толпу... (2)  Маль­чи­шек де­сять, стар­ше­класс­ни­ки, а сбоку, в сто­рон­ке, стоял Га­зо­вый Бал­лон, глав­ный за­чин­щик всех самых «не­пра­виль­ных», бес­чест­ных дел.

(3)  Маль­чиш­ки то­роп­ли­во на­кло­ня­лись к земле, ле­пи­ли снеж­ки и швы­ря­ли в стену но­во­го дома: там, по ше­ро­хо­ва­той бе­тон­ной стене, ка­раб­ка­лась белка.

(4)  Маль­чиш­ки ве­се­ли­лись, пу­ля­ли в стену снеж­ка­ми, а белка пе­ре­би­ра­лась сме­лы­ми ко­рот­ки­ми рыв­ка­ми всё выше и выше, к самой крыше, цеп­ля­ясь не­из­вест­но за что. (5)  Тайга была рядом, белки за­бе­га­ли в посёлок не­ред­ко, но по де­ре­вьям они легко уди­ра­ли назад, а этой не по­вез­ло, она, на­вер­ное, пе­ре­бе­га­ла по земле, когда её за­ме­ти­ли, мет­ну­лась к дому и те­перь ка­раб­ка­лась по стене, без­за­щит­ная перед уда­ра­ми снеж­ков.

(6)  Снеж­ные сна­ря­ды, слов­но пу­шеч­ные ядра, с глу­хим фыр­ка­ньем раз­ры­ва­лись рядом с бел­кой, она вздра­ги­ва­ла всем ма­лень­ким телом, пу­ши­стый хвост при­жи­ма­ла к стене, как бы по­мо­гая себе даже им.

(7)  Де­ся­те­ро здо­ро­вен­ных го­ло­во­ре­зов про­тив ма­лень­кой без­за­щит­ной белки! (8)  Но эти де­ся­те­ро были лю­дь­ми. (9)И у каж­до­го на пле­чах была го­ло­ва, а в груди  — серд­це. (10)  Га­зо­вый Бал­лон с ка­мен­ным лицом стоял рядом. (11)  С ин­те­ре­сом ждал, чем всё кон­чит­ся.

(12)  Кровь воз­мущённо за­сту­ча­ла у меня в вис­ках.

—  (13)  Вы!  — крик­нул я, дрожа от не­на­ви­сти.  —  (14)  Вы, гады! (15)  Что де­ла­е­те!

(16)  Га­зо­вый Бал­лон обер­нул­ся ко мне, глаза его хитро со­щу­ри­лись.

—  (17)  А! Ге­не­рал!  — за­крив­лял­ся он.  —  (18)  Опять ко­ман­ду­ешь!

(19)  И за­хо­хо­тал:

—  (20)  Ге­не­рал без вой­ска!

(21)  В дру­гой раз я бы сошёл с ума от этих не­при­ят­ных слов, опять бы что-⁠ни­будь вы­ки­нул, может быть, а тут едва услы­шал.

—  (22)  Пре­кра­ти­те!  — за­орал я, впив­шись взгля­дом в белку, уже еле пе­ре­дви­га­ю­щу­ю­ся по стене.

(23)  Возле неё те­перь уже не снеж­ки хло­па­ли. (24)  Цо­ка­ли мёрзлые комья земли и камни. (25)  И тут белка упала вниз.

(26)  Она упала вниз, а я по-⁠преж­не­му смот­рел на стену дома. (27)  Там, на ше­ро­хо­ва­том бе­то­не, крас­не­ло пят­ныш­ко...

(28)  Я швыр­нул порт­фель, на­дви­нул по­глуб­же шапку и, разо­гнав­шись, ша­рах­нул го­ло­вой в живот здо­ро­во­му парню. (29)  Он охнул, сва­лил­ся, а я та­ра­нил сле­ду­ю­ще­го, сле­ду­ю­ще­го. (30)  Маль­чиш­ки не­на­дол­го опе­ши­ли, потом я ощу­тил лицом ко­лю­чий снег и стал за­ды­хать­ся в су­гро­бе. (31)  Меня лу­пи­ли по спине, по го­ло­ве, но я не чув­ство­вал боли, а ярост­но вер­тел­ся, но­ро­вя вско­чить и про­та­ра­нить кого-⁠ни­будь ещё.

(32)  Не­ожи­дан­но удары стих­ли. (33)  Я отрях­нул­ся. (34)  Стар­ше­класс­ни­ков не было, не было нигде видно и белки. (35)  Толь­ко Га­зо­вый Бал­лон стоял на своём ста­ром месте. (36)  Губы мои дро­жа­ли, а руки тряс­лись, когда я обтёр та­ю­щий снег

с лица и уви­дел деда. (37)  Он тя­же­ло дышал, глядя хмуро на уда­ля­ю­щих­ся маль­чи­шек.

—  (38)  Я всё видел,  — ска­зал он, пе­ре­во­дя ды­ха­ние,  — ты мо­ло­дец!

* Аль­берт Ана­то­лье­вич Ли­ха­нов (род. в 1935 г.)  — со­вет­ский, рос­сий­ский пи­са­тель, пред­се­да­тель Рос­сий­ско­го дет­ско­го фонда, автор мно­гих про­из­ве­де­ний о под­рост­ках.

(1)  Я та­щил­ся по улице и вдруг уви­дел толпу... (2)  Маль­чи­шек де­сять, стар­ше­класс­ни­ки, а сбоку, в сто­рон­ке, стоял Га­зо­вый Бал­лон, глав­ный за­чин­щик всех самых «не­пра­виль­ных», бес­чест­ных дел.

(3)  Маль­чиш­ки то­роп­ли­во на­кло­ня­лись к земле, ле­пи­ли снеж­ки и швы­ря­ли в стену но­во­го дома: там, по ше­ро­хо­ва­той бе­тон­ной стене, ка­раб­ка­лась белка.

(4)  Маль­чиш­ки ве­се­ли­лись, пу­ля­ли в стену снеж­ка­ми, а белка пе­ре­би­ра­лась сме­лы­ми ко­рот­ки­ми рыв­ка­ми всё выше и выше, к самой крыше, цеп­ля­ясь не­из­вест­но за что. (5)  Тайга была рядом, белки за­бе­га­ли в посёлок не­ред­ко, но по де­ре­вьям они легко уди­ра­ли назад, а этой не по­вез­ло, она, на­вер­ное, пе­ре­бе­га­ла по земле, когда её за­ме­ти­ли, мет­ну­лась к дому и те­перь ка­раб­ка­лась по стене, без­за­щит­ная перед уда­ра­ми снеж­ков.

(6)  Снеж­ные сна­ря­ды, слов­но пу­шеч­ные ядра, с глу­хим фыр­ка­ньем раз­ры­ва­лись рядом с бел­кой, она вздра­ги­ва­ла всем ма­лень­ким телом, пу­ши­стый хвост при­жи­ма­ла к стене, как бы по­мо­гая себе даже им.

(7)  Де­ся­те­ро здо­ро­вен­ных го­ло­во­ре­зов про­тив ма­лень­кой без­за­щит­ной белки! (8)  Но эти де­ся­те­ро были лю­дь­ми. (9)И у каж­до­го на пле­чах была го­ло­ва, а в груди  — серд­це. (10)  Га­зо­вый Бал­лон с ка­мен­ным лицом стоял рядом. (11)  С ин­те­ре­сом ждал, чем всё кон­чит­ся.

(12)  Кровь воз­мущённо за­сту­ча­ла у меня в вис­ках.

—  (13)  Вы!  — крик­нул я, дрожа от не­на­ви­сти.  —  (14)  Вы, гады! (15)  Что де­ла­е­те!

(16)  Га­зо­вый Бал­лон обер­нул­ся ко мне, глаза его хитро со­щу­ри­лись.

—  (17)  А! Ге­не­рал!  — за­крив­лял­ся он.  —  (18)  Опять ко­ман­ду­ешь!

(19)  И за­хо­хо­тал:

—  (20)  Ге­не­рал без вой­ска!

(21)  В дру­гой раз я бы сошёл с ума от этих не­при­ят­ных слов, опять бы что-⁠ни­будь вы­ки­нул, может быть, а тут едва услы­шал.

—  (22)  Пре­кра­ти­те!  — за­орал я, впив­шись взгля­дом в белку, уже еле пе­ре­дви­га­ю­щу­ю­ся по стене.

(23)  Возле неё те­перь уже не снеж­ки хло­па­ли. (24)  Цо­ка­ли мёрзлые комья земли и камни. (25)  И тут белка упала вниз.

(26)  Она упала вниз, а я по-⁠преж­не­му смот­рел на стену дома. (27)  Там, на ше­ро­хо­ва­том бе­то­не, крас­не­ло пят­ныш­ко...

(28)  Я швыр­нул порт­фель, на­дви­нул по­глуб­же шапку и, разо­гнав­шись, ша­рах­нул го­ло­вой в живот здо­ро­во­му парню. (29)  Он охнул, сва­лил­ся, а я та­ра­нил сле­ду­ю­ще­го, сле­ду­ю­ще­го. (30)  Маль­чиш­ки не­на­дол­го опе­ши­ли, потом я ощу­тил лицом ко­лю­чий снег и стал за­ды­хать­ся в су­гро­бе. (31)  Меня лу­пи­ли по спине, по го­ло­ве, но я не чув­ство­вал боли, а ярост­но вер­тел­ся, но­ро­вя вско­чить и про­та­ра­нить кого-⁠ни­будь ещё.

(32)  Не­ожи­дан­но удары стих­ли. (33)  Я отрях­нул­ся. (34)  Стар­ше­класс­ни­ков не было, не было нигде видно и белки. (35)  Толь­ко Га­зо­вый Бал­лон стоял на своём ста­ром месте. (36)  Губы мои дро­жа­ли, а руки тряс­лись, когда я обтёр та­ю­щий снег

с лица и уви­дел деда. (37)  Он тя­же­ло дышал, глядя хмуро на уда­ля­ю­щих­ся маль­чи­шек.

—  (38)  Я всё видел,  — ска­зал он, пе­ре­во­дя ды­ха­ние,  — ты мо­ло­дец!

* Аль­берт Ана­то­лье­вич Ли­ха­нов (род. в 1935 г.)  — со­вет­ский, рос­сий­ский пи­са­тель, пред­се­да­тель Рос­сий­ско­го дет­ско­го фонда, автор мно­гих про­из­ве­де­ний о под­рост­ках.

(1)  Я та­щил­ся по улице и вдруг уви­дел толпу... (2)  Маль­чи­шек де­сять, стар­ше­класс­ни­ки, а сбоку, в сто­рон­ке, стоял Га­зо­вый Бал­лон, глав­ный за­чин­щик всех самых «не­пра­виль­ных», бес­чест­ных дел.

(3)  Маль­чиш­ки то­роп­ли­во на­кло­ня­лись к земле, ле­пи­ли снеж­ки и швы­ря­ли в стену но­во­го дома: там, по ше­ро­хо­ва­той бе­тон­ной стене, ка­раб­ка­лась белка.

(4)  Маль­чиш­ки ве­се­ли­лись, пу­ля­ли в стену снеж­ка­ми, а белка пе­ре­би­ра­лась сме­лы­ми ко­рот­ки­ми рыв­ка­ми всё выше и выше, к самой крыше, цеп­ля­ясь не­из­вест­но за что. (5)  Тайга была рядом, белки за­бе­га­ли в посёлок не­ред­ко, но по де­ре­вьям они легко уди­ра­ли назад, а этой не по­вез­ло, она, на­вер­ное, пе­ре­бе­га­ла по земле, когда её за­ме­ти­ли, мет­ну­лась к дому и те­перь ка­раб­ка­лась по стене, без­за­щит­ная перед уда­ра­ми снеж­ков.

(6)  Снеж­ные сна­ря­ды, слов­но пу­шеч­ные ядра, с глу­хим фыр­ка­ньем раз­ры­ва­лись рядом с бел­кой, она вздра­ги­ва­ла всем ма­лень­ким телом, пу­ши­стый хвост при­жи­ма­ла к стене, как бы по­мо­гая себе даже им.

(7)  Де­ся­те­ро здо­ро­вен­ных го­ло­во­ре­зов про­тив ма­лень­кой без­за­щит­ной белки! (8)  Но эти де­ся­те­ро были лю­дь­ми. (9)И у каж­до­го на пле­чах была го­ло­ва, а в груди  — серд­це. (10)  Га­зо­вый Бал­лон с ка­мен­ным лицом стоял рядом. (11)  С ин­те­ре­сом ждал, чем всё кон­чит­ся.

(12)  Кровь воз­мущённо за­сту­ча­ла у меня в вис­ках.

—  (13)  Вы!  — крик­нул я, дрожа от не­на­ви­сти.  —  (14)  Вы, гады! (15)  Что де­ла­е­те!

(16)  Га­зо­вый Бал­лон обер­нул­ся ко мне, глаза его хитро со­щу­ри­лись.

—  (17)  А! Ге­не­рал!  — за­крив­лял­ся он.  —  (18)  Опять ко­ман­ду­ешь!

(19)  И за­хо­хо­тал:

—  (20)  Ге­не­рал без вой­ска!

(21)  В дру­гой раз я бы сошёл с ума от этих не­при­ят­ных слов, опять бы что-⁠ни­будь вы­ки­нул, может быть, а тут едва услы­шал.

—  (22)  Пре­кра­ти­те!  — за­орал я, впив­шись взгля­дом в белку, уже еле пе­ре­дви­га­ю­щу­ю­ся по стене.

(23)  Возле неё те­перь уже не снеж­ки хло­па­ли. (24)  Цо­ка­ли мёрзлые комья земли и камни. (25)  И тут белка упала вниз.

(26)  Она упала вниз, а я по-⁠преж­не­му смот­рел на стену дома. (27)  Там, на ше­ро­хо­ва­том бе­то­не, крас­не­ло пят­ныш­ко...

(28)  Я швыр­нул порт­фель, на­дви­нул по­глуб­же шапку и, разо­гнав­шись, ша­рах­нул го­ло­вой в живот здо­ро­во­му парню. (29)  Он охнул, сва­лил­ся, а я та­ра­нил сле­ду­ю­ще­го, сле­ду­ю­ще­го. (30)  Маль­чиш­ки не­на­дол­го опе­ши­ли, потом я ощу­тил лицом ко­лю­чий снег и стал за­ды­хать­ся в су­гро­бе. (31)  Меня лу­пи­ли по спине, по го­ло­ве, но я не чув­ство­вал боли, а ярост­но вер­тел­ся, но­ро­вя вско­чить и про­та­ра­нить кого-⁠ни­будь ещё.

(32)  Не­ожи­дан­но удары стих­ли. (33)  Я отрях­нул­ся. (34)  Стар­ше­класс­ни­ков не было, не было нигде видно и белки. (35)  Толь­ко Га­зо­вый Бал­лон стоял на своём ста­ром месте. (36)  Губы мои дро­жа­ли, а руки тряс­лись, когда я обтёр та­ю­щий снег

с лица и уви­дел деда. (37)  Он тя­же­ло дышал, глядя хмуро на уда­ля­ю­щих­ся маль­чи­шек.

—  (38)  Я всё видел,  — ска­зал он, пе­ре­во­дя ды­ха­ние,  — ты мо­ло­дец!

* Аль­берт Ана­то­лье­вич Ли­ха­нов (род. в 1935 г.)  — со­вет­ский, рос­сий­ский пи­са­тель, пред­се­да­тель Рос­сий­ско­го дет­ско­го фонда, автор мно­гих про­из­ве­де­ний о под­рост­ках.

(1)  Я та­щил­ся по улице и вдруг уви­дел толпу... (2)  Маль­чи­шек де­сять, стар­ше­класс­ни­ки, а сбоку, в сто­рон­ке, стоял Га­зо­вый Бал­лон, глав­ный за­чин­щик всех самых «не­пра­виль­ных», бес­чест­ных дел.

(3)  Маль­чиш­ки то­роп­ли­во на­кло­ня­лись к земле, ле­пи­ли снеж­ки и швы­ря­ли в стену но­во­го дома: там, по ше­ро­хо­ва­той бе­тон­ной стене, ка­раб­ка­лась белка.

(4)  Маль­чиш­ки ве­се­ли­лись, пу­ля­ли в стену снеж­ка­ми, а белка пе­ре­би­ра­лась сме­лы­ми ко­рот­ки­ми рыв­ка­ми всё выше и выше, к самой крыше, цеп­ля­ясь не­из­вест­но за что. (5)  Тайга была рядом, белки за­бе­га­ли в посёлок не­ред­ко, но по де­ре­вьям они легко уди­ра­ли назад, а этой не по­вез­ло, она, на­вер­ное, пе­ре­бе­га­ла по земле, когда её за­ме­ти­ли, мет­ну­лась к дому и те­перь ка­раб­ка­лась по стене, без­за­щит­ная перед уда­ра­ми снеж­ков.

(6)  Снеж­ные сна­ря­ды, слов­но пу­шеч­ные ядра, с глу­хим фыр­ка­ньем раз­ры­ва­лись рядом с бел­кой, она вздра­ги­ва­ла всем ма­лень­ким телом, пу­ши­стый хвост при­жи­ма­ла к стене, как бы по­мо­гая себе даже им.

(7)  Де­ся­те­ро здо­ро­вен­ных го­ло­во­ре­зов про­тив ма­лень­кой без­за­щит­ной белки! (8)  Но эти де­ся­те­ро были лю­дь­ми. (9)И у каж­до­го на пле­чах была го­ло­ва, а в груди  — серд­це. (10)  Га­зо­вый Бал­лон с ка­мен­ным лицом стоял рядом. (11)  С ин­те­ре­сом ждал, чем всё кон­чит­ся.

(12)  Кровь воз­мущённо за­сту­ча­ла у меня в вис­ках.

—  (13)  Вы!  — крик­нул я, дрожа от не­на­ви­сти.  —  (14)  Вы, гады! (15)  Что де­ла­е­те!

(16)  Га­зо­вый Бал­лон обер­нул­ся ко мне, глаза его хитро со­щу­ри­лись.

—  (17)  А! Ге­не­рал!  — за­крив­лял­ся он.  —  (18)  Опять ко­ман­ду­ешь!

(19)  И за­хо­хо­тал:

—  (20)  Ге­не­рал без вой­ска!

(21)  В дру­гой раз я бы сошёл с ума от этих не­при­ят­ных слов, опять бы что-⁠ни­будь вы­ки­нул, может быть, а тут едва услы­шал.

—  (22)  Пре­кра­ти­те!  — за­орал я, впив­шись взгля­дом в белку, уже еле пе­ре­дви­га­ю­щу­ю­ся по стене.

(23)  Возле неё те­перь уже не снеж­ки хло­па­ли. (24)  Цо­ка­ли мёрзлые комья земли и камни. (25)  И тут белка упала вниз.

(26)  Она упала вниз, а я по-⁠преж­не­му смот­рел на стену дома. (27)  Там, на ше­ро­хо­ва­том бе­то­не, крас­не­ло пят­ныш­ко...

(28)  Я швыр­нул порт­фель, на­дви­нул по­глуб­же шапку и, разо­гнав­шись, ша­рах­нул го­ло­вой в живот здо­ро­во­му парню. (29)  Он охнул, сва­лил­ся, а я та­ра­нил сле­ду­ю­ще­го, сле­ду­ю­ще­го. (30)  Маль­чиш­ки не­на­дол­го опе­ши­ли, потом я ощу­тил лицом ко­лю­чий снег и стал за­ды­хать­ся в су­гро­бе. (31)  Меня лу­пи­ли по спине, по го­ло­ве, но я не чув­ство­вал боли, а ярост­но вер­тел­ся, но­ро­вя вско­чить и про­та­ра­нить кого-⁠ни­будь ещё.

(32)  Не­ожи­дан­но удары стих­ли. (33)  Я отрях­нул­ся. (34)  Стар­ше­класс­ни­ков не было, не было нигде видно и белки. (35)  Толь­ко Га­зо­вый Бал­лон стоял на своём ста­ром месте. (36)  Губы мои дро­жа­ли, а руки тряс­лись, когда я обтёр та­ю­щий снег

с лица и уви­дел деда. (37)  Он тя­же­ло дышал, глядя хмуро на уда­ля­ю­щих­ся маль­чи­шек.

—  (38)  Я всё видел,  — ска­зал он, пе­ре­во­дя ды­ха­ние,  — ты мо­ло­дец!

* Аль­берт Ана­то­лье­вич Ли­ха­нов (род. в 1935 г.)  — со­вет­ский, рос­сий­ский пи­са­тель, пред­се­да­тель Рос­сий­ско­го дет­ско­го фонда, автор мно­гих про­из­ве­де­ний о под­рост­ках.