Пред­ло­же­ния, в ко­то­рых сред­ством вы­ра­зи­тель­но­сти яв­ля­ет­ся срав­не­ние:

1)  Снег, по­хо­жий на ста­рое се­реб­ро, лежал на окрест­ных полях, и океан взды­хал у бе­ре­гов, от­сы­па­ясь перед зим­ни­ми штор­ма­ми.  — В этом пред­ло­же­нии есть срав­не­ние. Цвет и фак­ту­ра снега со­по­став­ля­ют­ся со ста­рым се­реб­ром с по­мо­щью слова «по­хо­жий».

4)  У детей от ра­до­сти тем­не­ют глаза, а ко­раб­ли за­жи­га­ют при­вет­ствен­ные сиг­на­лы, ка­ча­ют­ся и кла­ня­ют­ся этому ветру, как лас­ко­вые звери с мок­рой от дождя шку­рой.  — Здесь ис­поль­зу­ет­ся развёрну­тое срав­не­ние. Дви­же­ния ка­ча­ю­щих­ся ко­раб­лей со­по­став­ля­ют­ся с по­ве­де­ни­ем лас­ко­вых жи­вот­ных с по­мо­щью срав­ни­тель­но­го союза «как» (как лас­ко­вые звери).

Пред­ло­же­ния, в ко­то­рых нет срав­не­ния:

2)  Анну О’Нейль Седых разыс­кал толь­ко в 1918 году в при­мор­ском го­род­ке на се­ве­ре Шот­лан­дии.  — В пред­ло­же­нии про­сто кон­ста­ти­ру­ет­ся факт, со­по­став­ле­ния од­но­го пред­ме­та с дру­гим нет.

3)  У мо­ря­ков есть по­ве­рье, что среди бу­шу­ю­щих нор­дов и тра­мон­тан, мус­со­нов и со­кру­ши­тель­ных тай­фу­нов есть жар­кий ветер со­ранг, ду­ю­щий один раз за мно­гие сотни лет.  — В этом пред­ло­же­нии ис­поль­зу­ют­ся эпи­те­ты («бу­шу­ю­щих», «со­кру­ши­тель­ных»), но срав­не­ний нет.

5)  Тёплый воз­дух про­но­сит­ся над Шот­лан­ди­ей, пре­вра­щая зиму в све­жее мгно­вен­ное лето.  — В этом пред­ло­же­нии есть ме­та­фо­ра, по­стро­ен­ная на кон­тра­сте (зима пре­вра­ща­ет­ся в лето), но пря­мо­го срав­не­ния (с со­ю­за­ми как, слов­но, будто) здесь нет.

Ответ: 14.

Слово с лек­си­че­ским зна­че­ни­ем «силь­но взвол­но­вать, про­из­ве­сти боль­шое впе­чат­ле­ние»  — это гла­гол «по­тряс­ли». В за­дан­ном фраг­мен­те тек­ста мы на­хо­дим его в пред­ло­же­нии 30: «...рас­ска­зал бы такие вещи о вы­со­ком му­же­стве и про­стом ве­ли­чии моих то­ва­ри­щей, что они по­тряс­ли бы каж­до­го че­ло­ве­ка».

Ответ: по­тряс­ли.

При­мер со­чи­не­ния-рас­суж­де­ния 13.1

В тек­сте К. Г. Па­у­стов­ско­го при­ро­да иг­ра­ет осо­бую роль. Она вы­сту­па­ет не про­сто фоном для со­бы­тий, а мо­гу­чей сти­хи­ей, ко­то­рая может нести как смер­тель­ную опас­ность, так и спа­се­ние. Чтобы пе­ре­дать мощь и кра­со­ту этих пей­за­жей, автор ма­стер­ски ис­поль­зу­ет раз­лич­ные сред­ства языка.

Пи­са­тель ак­тив­но об­ра­ща­ет­ся к ярким срав­не­ни­ям, со­зда­вая кон­траст­ные, за­по­ми­на­ю­щи­е­ся об­ра­зы. Об­ра­тим­ся к пред­ло­же­нию 34, где опи­сы­ва­ет­ся су­ро­вая при­мор­ская зима: «Снег, по­хо­жий на ста­рое се­реб­ро, лежал на окрест­ных полях». Это со­по­став­ле­ние подчёрки­ва­ет хо­лод­ную, за­стыв­шую кра­со­ту Шот­лан­дии. А в пред­ло­же­нии 41 автор ис­поль­зу­ет со­всем дру­гое срав­не­ние для опи­са­ния тёплого юж­но­го ветра: он при­но­сит воз­дух, лёгкий, «как запах маг­но­лий». Этот приём поз­во­ля­ет чи­та­те­лю почти фи­зи­че­ски ощу­тить на­ступ­ле­ние тепла и весны.

Для оду­шев­ле­ния сти­хии Па­у­стов­ский при­ме­ня­ет оли­це­тво­ре­ния. В пред­ло­же­нии 35 мы чи­та­ем: «Океан взды­хал у бе­ре­гов, от­сы­па­ясь перед зим­ни­ми штор­ма­ми». Бла­го­да­ря этому сред­ству вы­ра­зи­тель­но­сти вод­ная сти­хия пред­стаёт перед нами как огром­ное живое су­ще­ство, ко­то­рое на­де­ле­но соб­ствен­ной волей и дышит в одном ритме с пла­не­той.

По моему мне­нию, вы­ра­зи­тель­ные сред­ства языка по­мо­га­ют ав­то­ру не про­сто на­ри­со­вать кра­си­вую кар­тин­ку, но и по­ка­зать при­ро­ду как живую, ды­ша­щую силу, тесно свя­зан­ную с судь­ба­ми людей.

При­мер со­чи­не­ния-рас­суж­де­ния 13.2

Смысл трид­ца­то­го пред­ло­же­ния тек­ста К. Г. Па­у­стов­ско­го я по­ни­маю так: на­сто­я­щие герои часто оста­ют­ся не­из­вест­ны­ми, а их ве­ли­чай­шие по­дви­ги со­вер­ша­ют­ся не под при­це­лом камер, а в страш­ных, не­че­ло­ве­че­ских усло­ви­ях. Ка­пи­тан Скотт перед смер­тью хотел до­не­сти до мира мысль о том, что ис­тин­ное ве­ли­чие за­клю­ча­ет­ся в спо­соб­но­сти со­хра­нить че­ло­ве­че­ское до­сто­ин­ство, бла­го­род­ство и за­бо­ту о то­ва­ри­щах даже перед лицом не­ми­ну­е­мой ги­бе­ли.

Из днев­ни­ка Скот­та мы узна­ем о по­ступ­ке лей­те­нан­та Отса. В пред­ло­же­ни­ях 14−16 и 20−23 рас­ска­зы­ва­ет­ся о его по­ра­зи­тель­ной силе воли. Стра­дая от не­вы­но­си­мой боли из-за ган­гре­ны, он дол­гое время шёл на­рав­не со всеми, чтобы не быть обу­зой. А когда понял, что из-за него экс­пе­ди­ция может по­гиб­нуть, Отс при­нял страш­ное, но бла­го­род­ное ре­ше­ние: он доб­ро­воль­но по­ки­нул па­лат­ку и ушёл в снеж­ную ме­тель на вер­ную смерть, давая дру­зьям шанс на спа­се­ние.

Также в тек­сте по­ка­за­но и про­стое че­ло­ве­че­ское ве­ли­чие са­мо­го ко­ман­ди­ра и осталь­ных участ­ни­ков по­хо­да. Об­ра­тим­ся к пред­ло­же­ни­ям 16 и 27−28. То­ва­ри­щи на­о­трез от­ка­за­лись бро­сить боль­но­го Отса, хотя это за­мед­ля­ло их ход и сто­и­ло им жизни. Сам же ка­пи­тан Скотт, уже за­мер­зая в ле­дя­ной пу­сты­не, до по­след­ней ми­ну­ты дро­жа­щи­ми ру­ка­ми вёл днев­ник, чтобы рас­ска­зать че­ло­ве­че­ству прав­ду об этой экс­пе­ди­ции. Их стой­кость по­ра­жа­ет во­об­ра­же­ние.

По моему мне­нию, пред­смерт­ные слова Скот­та  — это не жа­ло­ба, а гимн силе че­ло­ве­че­ско­го духа. Люди, спо­соб­ные по­жерт­во­вать собой ради спа­се­ния дру­зей, за­слу­жи­ва­ют веч­ной па­мя­ти.

При­мер со­чи­не­ния-рас­суж­де­ния 13.3

По­ступ­ки  — это ис­тин­ное зер­ка­ло че­ло­ве­че­ской души. Имен­но в делах, а не в сло­вах, про­яв­ля­ет­ся на­сто­я­щая суть лич­но­сти, её мо­раль­ные цен­но­сти и сила ха­рак­те­ра. В экс­тре­маль­ных или тра­ги­че­ских си­ту­а­ци­ях по­ступ­ки без­оши­боч­но по­ка­зы­ва­ют, кто перед нами: эго­ист, ду­ма­ю­щий толь­ко о себе, или бла­го­род­ный че­ло­век, спо­соб­ный на глу­бо­кие чув­ства и са­мо­по­жерт­во­ва­ние.

Под­твер­жде­ние этой мысли есть в тек­сте К. Г. Па­у­стов­ско­го. Самым ярким при­ме­ром ве­ли­чия духа яв­ля­ет­ся по­сту­пок лей­те­нан­та Отса. В пред­ло­же­ни­ях 9−11 и 20−23 опи­сы­ва­ет­ся его тра­ги­че­ский выбор. По­ни­мая, что из-за его тяжёлой бо­лез­ни вся экс­пе­ди­ция может не дойти до базы и по­гиб­нуть, он при­ни­ма­ет ре­ше­ние уйти ночью в ле­дя­ную ме­тель. Этот тихий уход на вер­ную смерть ради спа­се­ния то­ва­ри­щей ха­рак­те­ри­зу­ет Отса как че­ло­ве­ка не­ве­ро­ят­но­го му­же­ства, чести и бла­го­род­ства.

О глу­би­не че­ло­ве­че­ской души крас­но­ре­чи­во го­во­рят по­ступ­ки тех, кто ждёт ге­ро­ев дома. Об­ра­тим­ся к пред­ло­же­ни­ям 36 и 46−47. По­лу­чив пред­смерт­ную за­пис­ку от лю­би­мо­го че­ло­ве­ка спу­стя много лет, Анна О’Нейль не устра­и­ва­ет ис­те­рик. Она молча оде­ва­ет­ся и на не­сколь­ко часов ухо­дит бро­дить по хо­лод­ной на­бе­реж­ной, пряча лицо от зим­не­го ветра. В этом внеш­не спо­кой­ном, но про­ни­зан­ном горем по­ступ­ке чи­та­ет­ся огром­ная внут­рен­няя сила жен­щи­ны и её пре­дан­ность па­мя­ти по­гиб­ше­го.

По моему мне­нию, су­дить о людях нужно ис­клю­чи­тель­но по их дей­стви­ям. Толь­ко по­ступ­ки сры­ва­ют все маски и по­ка­зы­ва­ют миру на­сто­я­щее лицо че­ло­ве­ка.