Книга  — ве­ли­кий хра­ни­тель и дви­га­тель че­ло­ве­че­ской куль­ту­ры. Книгу ничем нель­зя за­ме­нить. Из­дав­на её на­зы­ва­ют ис­точ­ни­ком муд­ро­сти. И дей­стви­тель­но, слож­ный фи­ло­соф­ский текст можно пе­ре­дать толь­ко через книгу. Чи­та­тель сам вла­де­ет тек­стом. Он может чи­тать быст­рее или мед­лен­нее, по­верх­ност­но про­гля­ды­вать его или вни­ма­тель­но пе­ре­чи­ты­вать, воз­вра­ща­ясь к уже про­чи­тан­но­му месту, или за­гля­нуть в конец книги. Чи­та­тель, в от­ли­чие от слу­ша­те­ля или зри­те­ля, аб­со­лют­но сво­бо­ден.

А те­перь об­ра­тим­ся к те­ле­ви­де­нию. Оно обо­ра­чи­ва­ет­ся бедой, толь­ко когда ста­но­вит­ся по­жи­ра­те­лем че­ло­ве­че­ско­го вре­ме­ни. Когда оно ли­ша­ет че­ло­ве­ка сво­бо­ды, предо­став­ля­е­мой ему кни­гой, когда си­дя­щий у те­ле­ви­зо­ра слепо под­чи­ня­ет­ся зри­тель­ным и слу­хо­вым впе­чат­ле­ни­ям. И те­ле­ви­де­ние  — ве­ли­чай­шее благо тогда, когда оно по­ка­зы­ва­ет то, что мы иным спо­со­бом не могли бы уви­деть, когда оно поз­во­ля­ет со­вер­шить не­боль­шое пу­те­ше­ствие в те об­ла­сти бытия, к ко­то­рым у нас нет иного до­сту­па.

Че­ло­век дол­жен быть внут­рен­не сво­бо­ден, а для этого он дол­жен уметь сам оце­ни­вать окру­жа­ю­щее и быть об­ра­зо­ван. Об­ра­зо­ва­ние и са­мо­сто­я­тель­ность же даёт имен­но книга. Ви­деть и слы­шать  — это ещё не всё. Надо ещё и ду­мать, вос­при­ни­мать мир ра­з­умом, а для этого не­до­ста­точ­но си­деть у те­ле­ви­зо­ра, не­об­хо­ди­мо уметь за­ду­мы­вать­ся о важ­ном в ти­ши­не, той ти­ши­не, что рож­да­ет са­мо­сто­я­тель­ную мысль.