На­брос­ки для со­чи­не­ния 13.1

Вступ­ле­ние: Чтобы на­ри­со­вать в во­об­ра­же­нии чи­та­те­ля яркую кар­ти­ну при­ро­ды, пи­са­те­ли ис­поль­зу­ют раз­но­об­раз­ные сред­ства ху­до­же­ствен­ной вы­ра­зи­тель­но­сти. В тек­сте К. Г. Па­у­стов­ско­го они иг­ра­ют осо­бую роль: с по­мо­щью срав­не­ний и ме­та­фор автор по­ка­зы­ва­ет, как ве­ли­кая му­зы­ка бук­валь­но ожив­ля­ет вос­по­ми­на­ния и за­став­ля­ет сле­по­го че­ло­ве­ка «уви­деть» цве­ту­щую весну среди зимы.

При­мер 1: Срав­не­ние для пе­ре­да­чи звон­ко­сти и мо­роз­ной чи­сто­ты про­шло­го.

Когда ста­рик под звуки кла­ве­си­на вспо­ми­на­ет день встре­чи со своей женой Мар­той, он опи­сы­ва­ет зим­ний пей­заж с по­мо­щью очень точ­но­го срав­не­ния: «Небо сто­я­ло про­зрач­ное, как синее стек­ло» (пред­ло­же­ние 42).

Роль: Это сред­ство вы­ра­зи­тель­но­сти по­мо­га­ет ав­то­ру со­здать зри­мый, хру­сталь­но-чи­стый образ. Срав­не­ние неба со стек­лом пе­ре­даёт не­ве­ро­ят­ную про­зрач­ность, мо­роз­ную све­жесть и ра­дост­ную звон­кость того счаст­ли­во­го дня, ко­то­рый на­все­гда остал­ся в па­мя­ти сле­по­го Иоган­на.

При­мер 2: Ме­та­фо­ра для сли­я­ния су­ро­вой ре­аль­но­сти и му­зы­каль­но­го чуда.

В самом фи­на­ле рас­ска­за автор опи­сы­ва­ет рас­свет за окном с по­мо­щью по­тря­са­ю­щей ме­та­фо­ры: «Заря раз­го­ра­лась за ок­на­ми, и в её свете стоял сад, за­сы­пан­ный цве­та­ми мок­ро­го снега» (пред­ло­же­ние 56).

Роль: На­зы­вая па­да­ю­щие хло­пья снега «цве­та­ми», пи­са­тель создаёт уди­ви­тель­ный, двой­ствен­ный образ. Эта ме­та­фо­ра (скры­тое срав­не­ние) объ­еди­ня­ет хо­лод­ную зим­нюю ре­аль­ность за окном и ту тёплую, цве­ту­щую яб­ло­не­вую весну, ил­лю­зию ко­то­рой толь­ко что по­да­рил ста­ри­ку Мо­царт своей му­зы­кой. При­ро­да слов­но под­твер­жда­ет чудо, со­вершённое ис­кус­ством.

Вывод: Таким об­ра­зом, сред­ства язы­ко­вой вы­ра­зи­тель­но­сти яв­ля­ют­ся глав­ным ин­стру­мен­том пи­са­те­ля. Они поз­во­ля­ют не про­сто опи­сать пей­заж, но и на­пол­нить его глу­бо­ким смыс­лом, по­ка­зы­вая кра­со­ту мира гла­за­ми уми­ра­ю­ще­го, но счаст­ли­во­го че­ло­ве­ка.

Об­ра­зец со­чи­не­ния 13.2

Смысл пред­ло­же­ний 51–52 тек­ста К. Г. Па­у­стов­ско­го я по­ни­маю так: ге­ни­аль­ная му­зы­ка со­тво­ри­ла на­сто­я­щее чудо. Она вер­ну­ла уми­ра­ю­ще­му, сле­по­му ста­ри­ку самое до­ро­гое в его жизни  — образ лю­би­мой жены, мо­ло­дость и кра­со­ту ве­сен­ней при­ро­ды. Ве­ли­кое ис­кус­ство стало для из­му­чен­но­го че­ло­ве­ка луч­шим уте­ше­ни­ем и све­том в его по­след­ние ми­ну­ты.

Чтобы под­твер­дить эту мысль, об­ра­тим­ся к тек­сту. В на­ча­ле рас­ска­за мы узнаём ис­то­рию ста­ро­го по­ва­ра Иоган­на Мей­е­ра. Много лет назад он со­вер­шил пре­ступ­ле­ние  — украл зо­ло­тое блюдо, но сде­лал это не ради бо­гат­ства, а из огром­ной любви к боль­ной жене Марте, пы­та­ясь спа­сти её от смер­ти (пред­ло­же­ния 19–21). Перед соб­ствен­ной кон­чи­ной ста­рик про­сит слу­чай­но­го не­зна­ком­ца ис­пол­нить его по­след­нюю, самую за­вет­ную волю: он меч­та­ет не о про­ще­нии гре­хов, а о том, чтобы снова уви­деть свою Марту мо­ло­дой и по­лю­бо­вать­ся цве­ту­щим садом (пред­ло­же­ния 30–31). Это же­ла­ние по­ка­зы­ва­ет, на­сколь­ко чи­стой и свет­лой была душа глав­но­го героя.

И чудо дей­стви­тель­но про­ис­хо­дит бла­го­да­ря силе ис­кус­ства. Не­зна­ко­мец, ока­зав­ший­ся ве­ли­ким ком­по­зи­то­ром Вольф­ган­гом Ама­де­ем Мо­цар­том, са­дит­ся за ста­рый кла­ве­син и на­чи­на­ет иг­рать. Под звуки этой по­тря­са­ю­щей му­зы­ки сле­пой ста­рик слов­но про­зре­ва­ет. Он в мель­чай­ших по­дроб­но­стях, как наяву, «видит» день своей пер­вой встре­чи с Мар­той, про­зрач­ное зим­нее небо и её улыб­ку (пред­ло­же­ния 39–42). А затем му­зы­ка ри­су­ет перед ним кар­ти­ну на­сту­па­ю­щей весны, раз­го­няя пред­смерт­ную тем­но­ту и пре­вра­щая её в го­лу­бой рас­свет (пред­ло­же­ния 46–50). Ис­кус­ство дарит ста­ри­ку аб­со­лют­ное сча­стье и покой, поз­во­ляя про­жить остав­ше­е­ся время с тёплыми вос­по­ми­на­ни­я­ми.

Таким об­ра­зом, финал тек­ста убеж­да­ет нас в ве­ли­кой силе под­лин­но­го ис­кус­ства. На­сто­я­щая му­зы­ка об­ла­да­ет бо­же­ствен­ным даром: она спо­соб­на ис­це­лять че­ло­ве­че­ские души, воз­вра­щать утра­чен­ные вос­по­ми­на­ния и да­рить свет даже в самые тёмные мо­мен­ты жизни.

Об­ра­зец со­чи­не­ния 13.3

В чём про­яв­ля­ет­ся сила му­зы­ки? Я думаю, что ве­ли­кое ис­кус­ство спо­соб­но тво­рить на­сто­я­щие чу­де­са. Му­зы­ка об­ла­да­ет не­ве­ро­ят­ной вла­стью над че­ло­ве­че­ской душой: она может воз­вра­щать самые до­ро­гие вос­по­ми­на­ния, от­ме­нять время и да­рить свет даже в самые мрач­ные мо­мен­ты жизни, пре­об­ра­жая ре­аль­ность во­круг нас.

Чтобы до­ка­зать эту мысль, об­ра­тим­ся к тек­сту К. Г. Па­у­стов­ско­го. В нём рас­ска­зы­ва­ет­ся о по­след­них ми­ну­тах жизни сле­по­го ста­ри­ка, быв­ше­го по­ва­ра Иоган­на Мей­е­ра. Его пред­смерт­ным же­ла­ни­ем было ещё раз уви­деть свою жену Марту мо­ло­дой и по­лю­бо­вать­ся ве­сен­ним садом (пред­ло­же­ния 30–31). Слу­чай­ный не­зна­ко­мец, чтобы ис­пол­нить эту волю, са­дит­ся за кла­ве­син. Как толь­ко раз­да­ют­ся пер­вые звуки ге­ни­аль­ной ме­ло­дии, про­ис­хо­дит не­ве­ро­ят­ное: му­зы­ка бук­валь­но вос­кре­ша­ет про­шлое. Сле­пой ста­рик при­под­ни­ма­ет­ся на кро­ва­ти и, слов­но наяву, во всех по­дроб­но­стях «видит» день встре­чи со своей лю­би­мой: про­зрач­ное зим­нее небо, горы, раз­би­тый кув­шин и сме­ю­щу­ю­ся Марту (пред­ло­же­ния 39–42). Этот при­мер по­ка­зы­ва­ет, что сила му­зы­ки кро­ет­ся в её спо­соб­но­сти по­беж­дать время и воз­вра­щать че­ло­ве­ку утра­чен­ное сча­стье.

Также Па­у­стов­ский даёт по­нять, что ис­кус­ство об­ла­да­ет даром пре­об­ра­жать саму ре­аль­ность. Про­дол­жая иг­рать, не­зна­ко­мец про­сит ста­ри­ка всмот­реть­ся в тем­но­ту. Под звуки кла­ве­си­на сле­пой че­ло­век ясно видит кар­ти­ну на­сту­па­ю­щей весны, ко­то­рую ри­су­ет для него му­зы­ка: чёрная ночь ста­но­вит­ся синей, а затем го­лу­бой, на ста­рых де­ре­вьях рас­пус­ка­ют­ся белые цветы, а пер­вый луч солн­ца на­гре­ва­ет ка­мен­ную огра­ду (пред­ло­же­ния 46–50). Му­зы­ка дарит из­му­чен­но­му, уми­ра­ю­ще­му Иоган­ну аб­со­лют­ный свет и покой. Лишь в фи­на­ле мы узнаём, что твор­цом этого чуда был ве­ли­кий ком­по­зи­тор Вольф­ганг Ама­дей Мо­царт (пред­ло­же­ние 55).

Ис­тин­ная сила му­зы­ки без­гра­нич­на. Ге­ни­аль­ные про­из­ве­де­ния спо­соб­ны раз­ру­шать не­га­тив­ные чув­ства, стра­хи, на­пол­няя че­ло­ве­че­скую душу све­том, на­деж­дой и веч­ной кра­со­той.