(1)  Сколь­ко ма­лень­кий Коля пом­нил себя в войну, он все­гда был го­лод­ным. (2)  Чер­но­во­ло­сый, взъеро­шен­ный, с про­сту­па­ю­щи­ми рёбрыш­ка­ми, он был похож на ма­лень­ко­го ис­ху­да­ло­го вол­чон­ка, и его вва­лив­ши­е­ся глаза по­сто­ян­но ис­ка­ли до­бы­чу.

(3)  Когда война под­хо­ди­ла к концу, мать по­се­я­ла на ого­ро­де по­лос­ку пше­ни­цы. (4)  Со­брав пер­вый уро­жай, ба­буш­ка на ра­до­стях ис­пек­ла два коржа ве­ли­чи­ной с под­сол­нух. (5)  Коржи были па­ху­чие, ру­мя­ные. (6)  Они све­ти­лись, как два ма­лень­ких по­со­лен­ных солн­ца.

(7)  Маль­чик сидел перед сто­лом, ждал, когда ж его уго­стят, и вды­хал в себя тёплый дух испечённого хлеба. (8)  На­ко­нец ба­буш­ка по­до­шла к нему и ска­за­ла:

—  (9)  От­ве­дай, вну­чок, моего коржа.

(10)  Ко­роч­ка об­жи­га­ла губы, соль по­щи­пы­ва­ла язык, нозд­ри раз­ду­ва­лись, боясь упу­стить то­ли­ку вкус­но­го за­па­ха. (11)  Корж таял

с не­удер­жи­мой силой, и вско­ре его не стало...

(12)  Коля тя­же­ло вздох­нул. (13)  А вто­рой корж, ру­мя­ный, целёхонь­кий, лежал на столе и при­зыв­но улы­бал­ся всей своей ро­жи­цей.

—  (14)От­не­си этот корж деду,  — ска­за­ла ба­буш­ка.

(15)  Дед был очень ста­рым и жил на па­се­ке. (16)  Домой он при­хо­дил в те ред­кие дни, когда на ого­ро­де то­пи­ли про­копчённую, по­ко­сив­шу­ю­ся бань­ку.

(17)  Дед сидел перед пче­ли­ным во­до­по­ем  — перед же­лоб­ком, по ко­то­ро­му текла вода. (18)  Пчёлы об­ле­пи­ли же­ло­бок и пили, опус­кая хо­бот­ки в про­хлад­ную воду. (19)  Дед под­став­лял руку, и вода сте­ка­ла ему в ла­донь. (20)  Он пил эту слад­ко­ва­тую пче­ли­ную воду.

(21)  Дед не стал есть го­сти­нец, а отнёс его в шалаш. (22)  До чего же он жад­ный, этот дед! (23)  Со­всем, видно, оди­чал со сво­и­ми пчёлами. (24)  Он спе­ци­аль­но спря­тал корж, чтобы не де­лить­ся и потом спо­кой­но же­вать его, макая в лип­кий гре­чиш­ный мёд.

(25)  Коля со­брал­ся ухо­дить. (26)  В по­след­нюю ми­ну­ту, когда дед про­тя­нул ко­том­ку с гряз­ным бельём, Коля чуть не по­про­сил у деда ку­со­чек коржа, но сумел по­бо­роть ми­нут­ную сла­бость.

(27)  Он шёл не спеша, раз­ма­хи­вая ко­том­кой, и думал о том, что, когда кон­чит­ся война, в доме будет много хлеба и он будет есть коржи утром, в обед и ве­че­ром.

(28)  Дома он сунул ба­буш­ке ко­том­ку и бурк­нул:

—  (29)  Дед велел про­стир­нуть!

(30)  Ба­буш­ка молча при­ня­лась вы­кла­ды­вать на лавку де­душ­ки­но бе­льиш­ко. (31)  На дне ко­том­ки ока­за­лась чи­стая тря­пи­ца, за­вя­зан­ная узлом, в ко­то­рой лежал корж. (32)  Она ни­че­го не ска­за­ла и по­ло­жи­ла не­ждан­ный го­сти­нец перед вну­ком.

(33)  Ра­дост­ный огонёк вспых­нул в его гла­зах. (34)  Он про­гло­тил слюну, пред­вку­шая уго­ще­ние, и про­тя­нул руку к коржу. (35)  Но какое-⁠то не­зна­ко­мое чув­ство удер­жа­ло его руку. (36)  Это чув­ство ока­за­лось силь­нее го­ло­да, важ­нее хлеба.

(37)  Коля сполз со ска­мей­ки и пошёл прочь... (38)  Но через не­ко­то­рое время он вер­нул­ся, взял со стола остыв­ший корж, ак­ку­рат­но за­вер­нул его в чи­стую тря­пи­цу и по­ло­жил в де­душ­кин сун­дук, где ле­жа­ли ста­рые са­по­ги, мешок с са­мо­са­дом и штык, при­везённый с про­шлой войны.

* Яко­влев Юрий Яко­вле­вич (1923–1996)  — со­вет­ский пи­са­тель и сце­на­рист, автор книг для под­рост­ков и юно­ше­ства, сце­на­ри­ев иг­ро­вых и ани­ма­ци­он­ных филь­мов.

(1)  Сколь­ко ма­лень­кий Коля пом­нил себя в войну, он все­гда был го­лод­ным. (2)  Чер­но­во­ло­сый, взъеро­шен­ный, с про­сту­па­ю­щи­ми рёбрыш­ка­ми, он был похож на ма­лень­ко­го ис­ху­да­ло­го вол­чон­ка, и его вва­лив­ши­е­ся глаза по­сто­ян­но ис­ка­ли до­бы­чу.

(3)  Когда война под­хо­ди­ла к концу, мать по­се­я­ла на ого­ро­де по­лос­ку пше­ни­цы. (4)  Со­брав пер­вый уро­жай, ба­буш­ка на ра­до­стях ис­пек­ла два коржа ве­ли­чи­ной с под­сол­нух. (5)  Коржи были па­ху­чие, ру­мя­ные. (6)  Они све­ти­лись, как два ма­лень­ких по­со­лен­ных солн­ца.

(7)  Маль­чик сидел перед сто­лом, ждал, когда ж его уго­стят, и вды­хал в себя тёплый дух испечённого хлеба. (8)  На­ко­нец ба­буш­ка по­до­шла к нему и ска­за­ла:

—  (9)  От­ве­дай, вну­чок, моего коржа.

(10)  Ко­роч­ка об­жи­га­ла губы, соль по­щи­пы­ва­ла язык, нозд­ри раз­ду­ва­лись, боясь упу­стить то­ли­ку вкус­но­го за­па­ха. (11)  Корж таял

с не­удер­жи­мой силой, и вско­ре его не стало...

(12)  Коля тя­же­ло вздох­нул. (13)  А вто­рой корж, ру­мя­ный, целёхонь­кий, лежал на столе и при­зыв­но улы­бал­ся всей своей ро­жи­цей.

—  (14)От­не­си этот корж деду,  — ска­за­ла ба­буш­ка.

(15)  Дед был очень ста­рым и жил на па­се­ке. (16)  Домой он при­хо­дил в те ред­кие дни, когда на ого­ро­де то­пи­ли про­копчённую, по­ко­сив­шу­ю­ся бань­ку.

(17)  Дед сидел перед пче­ли­ным во­до­по­ем  — перед же­лоб­ком, по ко­то­ро­му текла вода. (18)  Пчёлы об­ле­пи­ли же­ло­бок и пили, опус­кая хо­бот­ки в про­хлад­ную воду. (19)  Дед под­став­лял руку, и вода сте­ка­ла ему в ла­донь. (20)  Он пил эту слад­ко­ва­тую пче­ли­ную воду.

(21)  Дед не стал есть го­сти­нец, а отнёс его в шалаш. (22)  До чего же он жад­ный, этот дед! (23)  Со­всем, видно, оди­чал со сво­и­ми пчёлами. (24)  Он спе­ци­аль­но спря­тал корж, чтобы не де­лить­ся и потом спо­кой­но же­вать его, макая в лип­кий гре­чиш­ный мёд.

(25)  Коля со­брал­ся ухо­дить. (26)  В по­след­нюю ми­ну­ту, когда дед про­тя­нул ко­том­ку с гряз­ным бельём, Коля чуть не по­про­сил у деда ку­со­чек коржа, но сумел по­бо­роть ми­нут­ную сла­бость.

(27)  Он шёл не спеша, раз­ма­хи­вая ко­том­кой, и думал о том, что, когда кон­чит­ся война, в доме будет много хлеба и он будет есть коржи утром, в обед и ве­че­ром.

(28)  Дома он сунул ба­буш­ке ко­том­ку и бурк­нул:

—  (29)  Дед велел про­стир­нуть!

(30)  Ба­буш­ка молча при­ня­лась вы­кла­ды­вать на лавку де­душ­ки­но бе­льиш­ко. (31)  На дне ко­том­ки ока­за­лась чи­стая тря­пи­ца, за­вя­зан­ная узлом, в ко­то­рой лежал корж. (32)  Она ни­че­го не ска­за­ла и по­ло­жи­ла не­ждан­ный го­сти­нец перед вну­ком.

(33)  Ра­дост­ный огонёк вспых­нул в его гла­зах. (34)  Он про­гло­тил слюну, пред­вку­шая уго­ще­ние, и про­тя­нул руку к коржу. (35)  Но какое-⁠то не­зна­ко­мое чув­ство удер­жа­ло его руку. (36)  Это чув­ство ока­за­лось силь­нее го­ло­да, важ­нее хлеба.

(37)  Коля сполз со ска­мей­ки и пошёл прочь... (38)  Но через не­ко­то­рое время он вер­нул­ся, взял со стола остыв­ший корж, ак­ку­рат­но за­вер­нул его в чи­стую тря­пи­цу и по­ло­жил в де­душ­кин сун­дук, где ле­жа­ли ста­рые са­по­ги, мешок с са­мо­са­дом и штык, при­везённый с про­шлой войны.

* Яко­влев Юрий Яко­вле­вич (1923–1996)  — со­вет­ский пи­са­тель и сце­на­рист, автор книг для под­рост­ков и юно­ше­ства, сце­на­ри­ев иг­ро­вых и ани­ма­ци­он­ных филь­мов.

(1)  Сколь­ко ма­лень­кий Коля пом­нил себя в войну, он все­гда был го­лод­ным. (2)  Чер­но­во­ло­сый, взъеро­шен­ный, с про­сту­па­ю­щи­ми рёбрыш­ка­ми, он был похож на ма­лень­ко­го ис­ху­да­ло­го вол­чон­ка, и его вва­лив­ши­е­ся глаза по­сто­ян­но ис­ка­ли до­бы­чу.

(3)  Когда война под­хо­ди­ла к концу, мать по­се­я­ла на ого­ро­де по­лос­ку пше­ни­цы. (4)  Со­брав пер­вый уро­жай, ба­буш­ка на ра­до­стях ис­пек­ла два коржа ве­ли­чи­ной с под­сол­нух. (5)  Коржи были па­ху­чие, ру­мя­ные. (6)  Они све­ти­лись, как два ма­лень­ких по­со­лен­ных солн­ца.

(7)  Маль­чик сидел перед сто­лом, ждал, когда ж его уго­стят, и вды­хал в себя тёплый дух испечённого хлеба. (8)  На­ко­нец ба­буш­ка по­до­шла к нему и ска­за­ла:

—  (9)  От­ве­дай, вну­чок, моего коржа.

(10)  Ко­роч­ка об­жи­га­ла губы, соль по­щи­пы­ва­ла язык, нозд­ри раз­ду­ва­лись, боясь упу­стить то­ли­ку вкус­но­го за­па­ха. (11)  Корж таял

с не­удер­жи­мой силой, и вско­ре его не стало...

(12)  Коля тя­же­ло вздох­нул. (13)  А вто­рой корж, ру­мя­ный, целёхонь­кий, лежал на столе и при­зыв­но улы­бал­ся всей своей ро­жи­цей.

—  (14)От­не­си этот корж деду,  — ска­за­ла ба­буш­ка.

(15)  Дед был очень ста­рым и жил на па­се­ке. (16)  Домой он при­хо­дил в те ред­кие дни, когда на ого­ро­де то­пи­ли про­копчённую, по­ко­сив­шу­ю­ся бань­ку.

(17)  Дед сидел перед пче­ли­ным во­до­по­ем  — перед же­лоб­ком, по ко­то­ро­му текла вода. (18)  Пчёлы об­ле­пи­ли же­ло­бок и пили, опус­кая хо­бот­ки в про­хлад­ную воду. (19)  Дед под­став­лял руку, и вода сте­ка­ла ему в ла­донь. (20)  Он пил эту слад­ко­ва­тую пче­ли­ную воду.

(21)  Дед не стал есть го­сти­нец, а отнёс его в шалаш. (22)  До чего же он жад­ный, этот дед! (23)  Со­всем, видно, оди­чал со сво­и­ми пчёлами. (24)  Он спе­ци­аль­но спря­тал корж, чтобы не де­лить­ся и потом спо­кой­но же­вать его, макая в лип­кий гре­чиш­ный мёд.

(25)  Коля со­брал­ся ухо­дить. (26)  В по­след­нюю ми­ну­ту, когда дед про­тя­нул ко­том­ку с гряз­ным бельём, Коля чуть не по­про­сил у деда ку­со­чек коржа, но сумел по­бо­роть ми­нут­ную сла­бость.

(27)  Он шёл не спеша, раз­ма­хи­вая ко­том­кой, и думал о том, что, когда кон­чит­ся война, в доме будет много хлеба и он будет есть коржи утром, в обед и ве­че­ром.

(28)  Дома он сунул ба­буш­ке ко­том­ку и бурк­нул:

—  (29)  Дед велел про­стир­нуть!

(30)  Ба­буш­ка молча при­ня­лась вы­кла­ды­вать на лавку де­душ­ки­но бе­льиш­ко. (31)  На дне ко­том­ки ока­за­лась чи­стая тря­пи­ца, за­вя­зан­ная узлом, в ко­то­рой лежал корж. (32)  Она ни­че­го не ска­за­ла и по­ло­жи­ла не­ждан­ный го­сти­нец перед вну­ком.

(33)  Ра­дост­ный огонёк вспых­нул в его гла­зах. (34)  Он про­гло­тил слюну, пред­вку­шая уго­ще­ние, и про­тя­нул руку к коржу. (35)  Но какое-⁠то не­зна­ко­мое чув­ство удер­жа­ло его руку. (36)  Это чув­ство ока­за­лось силь­нее го­ло­да, важ­нее хлеба.

(37)  Коля сполз со ска­мей­ки и пошёл прочь... (38)  Но через не­ко­то­рое время он вер­нул­ся, взял со стола остыв­ший корж, ак­ку­рат­но за­вер­нул его в чи­стую тря­пи­цу и по­ло­жил в де­душ­кин сун­дук, где ле­жа­ли ста­рые са­по­ги, мешок с са­мо­са­дом и штык, при­везённый с про­шлой войны.

* Яко­влев Юрий Яко­вле­вич (1923–1996)  — со­вет­ский пи­са­тель и сце­на­рист, автор книг для под­рост­ков и юно­ше­ства, сце­на­ри­ев иг­ро­вых и ани­ма­ци­он­ных филь­мов.

(1)  Сколь­ко ма­лень­кий Коля пом­нил себя в войну, он все­гда был го­лод­ным. (2)  Чер­но­во­ло­сый, взъеро­шен­ный, с про­сту­па­ю­щи­ми рёбрыш­ка­ми, он был похож на ма­лень­ко­го ис­ху­да­ло­го вол­чон­ка, и его вва­лив­ши­е­ся глаза по­сто­ян­но ис­ка­ли до­бы­чу.

(3)  Когда война под­хо­ди­ла к концу, мать по­се­я­ла на ого­ро­де по­лос­ку пше­ни­цы. (4)  Со­брав пер­вый уро­жай, ба­буш­ка на ра­до­стях ис­пек­ла два коржа ве­ли­чи­ной с под­сол­нух. (5)  Коржи были па­ху­чие, ру­мя­ные. (6)  Они све­ти­лись, как два ма­лень­ких по­со­лен­ных солн­ца.

(7)  Маль­чик сидел перед сто­лом, ждал, когда ж его уго­стят, и вды­хал в себя тёплый дух испечённого хлеба. (8)  На­ко­нец ба­буш­ка по­до­шла к нему и ска­за­ла:

—  (9)  От­ве­дай, вну­чок, моего коржа.

(10)  Ко­роч­ка об­жи­га­ла губы, соль по­щи­пы­ва­ла язык, нозд­ри раз­ду­ва­лись, боясь упу­стить то­ли­ку вкус­но­го за­па­ха. (11)  Корж таял

с не­удер­жи­мой силой, и вско­ре его не стало...

(12)  Коля тя­же­ло вздох­нул. (13)  А вто­рой корж, ру­мя­ный, целёхонь­кий, лежал на столе и при­зыв­но улы­бал­ся всей своей ро­жи­цей.

—  (14)От­не­си этот корж деду,  — ска­за­ла ба­буш­ка.

(15)  Дед был очень ста­рым и жил на па­се­ке. (16)  Домой он при­хо­дил в те ред­кие дни, когда на ого­ро­де то­пи­ли про­копчённую, по­ко­сив­шу­ю­ся бань­ку.

(17)  Дед сидел перед пче­ли­ным во­до­по­ем  — перед же­лоб­ком, по ко­то­ро­му текла вода. (18)  Пчёлы об­ле­пи­ли же­ло­бок и пили, опус­кая хо­бот­ки в про­хлад­ную воду. (19)  Дед под­став­лял руку, и вода сте­ка­ла ему в ла­донь. (20)  Он пил эту слад­ко­ва­тую пче­ли­ную воду.

(21)  Дед не стал есть го­сти­нец, а отнёс его в шалаш. (22)  До чего же он жад­ный, этот дед! (23)  Со­всем, видно, оди­чал со сво­и­ми пчёлами. (24)  Он спе­ци­аль­но спря­тал корж, чтобы не де­лить­ся и потом спо­кой­но же­вать его, макая в лип­кий гре­чиш­ный мёд.

(25)  Коля со­брал­ся ухо­дить. (26)  В по­след­нюю ми­ну­ту, когда дед про­тя­нул ко­том­ку с гряз­ным бельём, Коля чуть не по­про­сил у деда ку­со­чек коржа, но сумел по­бо­роть ми­нут­ную сла­бость.

(27)  Он шёл не спеша, раз­ма­хи­вая ко­том­кой, и думал о том, что, когда кон­чит­ся война, в доме будет много хлеба и он будет есть коржи утром, в обед и ве­че­ром.

(28)  Дома он сунул ба­буш­ке ко­том­ку и бурк­нул:

—  (29)  Дед велел про­стир­нуть!

(30)  Ба­буш­ка молча при­ня­лась вы­кла­ды­вать на лавку де­душ­ки­но бе­льиш­ко. (31)  На дне ко­том­ки ока­за­лась чи­стая тря­пи­ца, за­вя­зан­ная узлом, в ко­то­рой лежал корж. (32)  Она ни­че­го не ска­за­ла и по­ло­жи­ла не­ждан­ный го­сти­нец перед вну­ком.

(33)  Ра­дост­ный огонёк вспых­нул в его гла­зах. (34)  Он про­гло­тил слюну, пред­вку­шая уго­ще­ние, и про­тя­нул руку к коржу. (35)  Но какое-⁠то не­зна­ко­мое чув­ство удер­жа­ло его руку. (36)  Это чув­ство ока­за­лось силь­нее го­ло­да, важ­нее хлеба.

(37)  Коля сполз со ска­мей­ки и пошёл прочь... (38)  Но через не­ко­то­рое время он вер­нул­ся, взял со стола остыв­ший корж, ак­ку­рат­но за­вер­нул его в чи­стую тря­пи­цу и по­ло­жил в де­душ­кин сун­дук, где ле­жа­ли ста­рые са­по­ги, мешок с са­мо­са­дом и штык, при­везённый с про­шлой войны.

* Яко­влев Юрий Яко­вле­вич (1923–1996)  — со­вет­ский пи­са­тель и сце­на­рист, автор книг для под­рост­ков и юно­ше­ства, сце­на­ри­ев иг­ро­вых и ани­ма­ци­он­ных филь­мов.