Война была для детей же­сто­кой и гру­бой шко­лой. Они си­де­ли не за пар­та­ми, а в мёрзлых око­пах, и перед ними были не тет­ра­ди, а бро­не­бой­ные сна­ря­ды и пулемётные ленты. Они ещё не об­ла­да­ли жиз­нен­ным опы­том и по­это­му не по­ни­ма­ли ис­тин­ной цен­но­сти про­стых вещей, ко­то­рым не придаёшь зна­че­ния в по­все­днев­ной мир­ной жизни.

Война на­пол­ни­ла их ду­шев­ный опыт до пре­де­ла. Они могли пла­кать не от горя, а от не­на­ви­сти, могли по-дет­ски ра­до­вать­ся ве­сен­не­му жу­рав­ли­но­му клину, как ни­ко­гда не ра­до­ва­лись ни до войны, ни после войны, с неж­но­стью хра­нить в душе тепло ушед­шей юно­сти. Те, кто остал­ся в живых, вер­ну­лись с войны, сумев со­хра­нить в себе чи­стый, лу­че­зар­ный мир, веру и на­деж­ду, став не­при­ми­ри­мее к не­спра­вед­ли­во­сти, доб­рее к добру.

Хотя война и стала уже ис­то­ри­ей, но па­мять о ней долж­на жить, ведь глав­ные участ­ни­ки ис­то­рии — это Люди и Время. Не за­бы­вать Время — это зна­чит не за­бы­вать Людей, не за­бы­вать Людей — это зна­чит не за­бы­вать Время.

(По Ю. В. Бон­да­ре­ву)