Со­дер­жа­нию тек­ста со­от­вет­ству­ют вы­ска­зы­ва­ния:

3)  Мама по­обе­ща­ла ку­пить маль­чи­ку крас­ки на об­рат­ном пути.  — Под­твер­жда­ет­ся предл №46.

4)  Лётчик оце­нил фан­та­зию маль­чи­ка, ко­то­рая так важна для ху­дож­ни­ка.  — Под­твер­жда­ет­ся пред­ло­же­ни­я­ми №20 и №30.

Со­дер­жа­нию тек­ста не со­от­вет­ству­ют вы­ска­зы­ва­ния:

1)  Маль­чик меч­тал стать лётчи­ком.  — Опро­вер­га­ет­ся предл. №11.

2)  Гро­зо­вая туча в ил­лю­ми­на­то­ре самолёта на­по­ми­на­ла кита.  — Опро­вер­га­ет­ся предл. №38.

5)  Лётчик по­да­рил маль­чи­ку крас­ки и по­про­сил его на­ри­со­вать кар­ти­ну, на ко­то­рой земля будет по­ка­за­на

как-то по-но­во­му.  — Опро­вер­га­ет­ся предл. №53—56.

Ответ: 34.

Вы­де­лим ука­зан­ное сред­ство вы­ра­зи­тель­но­сти.

1)  Его хму­рое, уста­лое лицо чуть-чуть по­свет­ле­ло...

2)  Вон, смот­ри­те: белые об­ла­ка со­всем как стадо белых сло­нов.

3)  Пас­са­жи­ры не от­ры­ва­ясь смот­ре­ли на тучу, ко­то­рая на­дви­га­лась на самолёт, и бес­по­кой­но

пе­ре­го­ва­ри­ва­лись между собой.

4)  Пол­ный набор: крас­ные, синие, ла­зур­ные и так далее.

5)  А вон об­ла­ко слов­но кит.

Ответ: 25.

Устой­чи­вый обо­рот, ко­то­рый часто вос­про­из­во­дит­ся в речи,  — будь здо­ров  — в пред­ло­же­нии 48.

Ответ: будь здо­ров.

2..  В фи­на­ле тек­ста В. Же­лез­ни­ко­ва зву­чит мысль о том, что очень важно, когда твои внут­рен­ние по­буж­де­ния, по­ры­вы души по­ня­ты. Маль­чик видит кра­со­ту мира, хочет за­пе­чат­леть её и по­де­лить­ся этой кра­со­той с окру­жа­ю­щи­ми. Лётчик по­мо­га­ет осу­ще­ствить­ся этой мечте – он по­ку­па­ет сво­е­му по­пут­чи­ку крас­ки.

Ма­лень­кий ху­дож­ник видит мир по-осо­бо­му: он живо вос­при­ни­ма­ет его кра­со­ту, для него удив­ле­ние в не­обыч­но­сти мира: Земля по­хо­жа на мо­за­и­ку (пред­ло­же­ние 26), в об­ла­ках можно раз­гля­деть сло­нов и китов (пред­ло­же­ния 12, 15). Уме­ние удив­лять­ся го­во­рит об от­кры­той душе героя, о бо­га­том внут­рен­нем мире.

Рядом со своим слу­чай­ным по­пут­чи­ком рас­кры­ва­ет­ся и внут­рен­ний мир лётчика. Взрос­лый че­ло­век в силу своей за­ня­то­сти и не­ко­то­рой су­ро­во­сти про­фес­сии не за­ме­тил, как пе­ре­стал ви­деть глав­ное: жизнь во­круг пре­крас­на и уди­ви­тель­на: «(29)Ему даже стало не­множ­ко обид­но: столь­ко раз про­ле­тал мимо вся­ких там сло­нов и ни­че­го этого не за­ме­чал. (30)Он с вос­хи­ще­ни­ем по­смот­рел на этого ху­день­ко­го маль­чи­ка».

Страш­но в жизни встре­тить­ся с че­ло­ве­ком, не спо­соб­ным ви­деть кра­со­ту и добро, че­ло­ве­ком, очерст­вев­шим под воз­дей­стви­ем каких-то жиз­нен­ных об­сто­я­тельств, от­но­ся­щим­ся ко всему с не­до­ве­ри­ем и опас­кой. Пусть в мире будет по­боль­ше таких маль­чи­ков, спо­соб­ных не толь­ко вос­хи­щать­ся миром, но и за­ря­жать своей по­ло­жи­тель­ной энер­ги­ей окру­жа­ю­щих. Имен­но так про­изо­шло с лётчи­ком. Не­ви­ди­мый им­пульс от ма­лень­ко­го ху­дож­ни­ка родил новый заряд: лет­чи­ку за­хо­те­лось осу­ще­ствить мечту ребёнка и по­да­рить ему крас­ки.

3..  Фан­та­зия  — это слово, ко­то­рое имеет не­сколь­ко зна­че­ний. Когда го­во­рят «ты фан­тазёр» под­ра­зу­ме­ва­ют, что со­бе­сед­ник об­ла­да­ет уме­ни­ем при­ду­мы­вать нечто не­ре­аль­ное, ори­ги­наль­ное, ви­деть то, что не видят дру­гие. С дру­гой сто­ро­ны, фан­та­зи­ей на­зы­ва­ют и то, что вы­ду­ма­но, даже вы­ра­же­ние есть  — «плод фан­та­зий». Все же пом­нят ковры-са­мо­ле­ты, са­по­ги-ско­ро­хо­ды и ска­тер­ти-са­мо­бран­ки, ко­то­ры­ми так бо­га­ты рус­ские вол­шеб­ные сказ­ки? Не по­лу­чит­ся фан­та­зи­ро­вать, если у че­ло­ве­ка нет во­об­ра­же­ния, это очень свя­зан­ные по­ня­тия. Без фан­та­зии мир те­ря­ет свои крас­ки, ис­че­за­ет ощу­ще­ние но­виз­ны, не­обыч­но­сти. Осо­бен­но не­об­хо­ди­ма фан­та­зия людям твор­че­ским: ху­дож­ни­кам, пи­са­те­лям, сце­на­ри­стам.

Юный ху­дож­ник из рас­ска­за В. Же­лез­ни­ко­ва об­ла­да­ет даром во­об­ра­же­ния, по­это­му видит в при­выч­ных для лет­чи­ка тучах и об­ла­ках не­обыч­ное: «.. белые об­ла­ка со­всем как стадо белых сло­нов. У пер­во­го под хо­бо­том клыки. Это вожак. А вон об­ла­ко-кит. Очень кра­си­вый хвост.» Лет­чик был удивлён тем, как по-но­во­му смот­рит маль­чик на, ка­за­лось бы, со­вер­шен­но обы­ден­ные для него вещи. На­вер­ное, вер­нув­шись домой, ху­дож­ник на­ри­су­ет то, что уви­дел: и кита, и сло­нов, и землю с вы­со­ты полёта. Это будет очень ра­дост­ный ри­су­нок, ко­то­рый со­хра­нит вос­по­ми­на­ния и о по­ле­те на самолёте, и о полёте фан­та­зии.

Мне вспом­нил­ся рас­сказ Ни­ко­лая Но­со­ва, он на­зы­ва­ет­ся «Фан­тазёры». Маль­чи­ки ве­се­лья ради на­пе­ре­бой вы­ду­мы­ва­ли не­ве­ро­ят­ные не­бы­ли­цы, ста­ра­ясь пе­ре­ще­го­лять друг друга в уме­нии фан­та­зи­ро­вать. Но их весёлая игра была пре­рва­на со­сед­ским маль­чи­ком, ко­то­рый по­счи­тал со­рев­но­ва­ние на луч­ше­го фан­тазёра пу­стым за­ня­ти­ем и по­хва­стал­ся, что лучше умеет фан­та­зи­ро­вать. Ока­за­лось, что он со­вер­шил про­сту­пок, а вину за него пе­ре­ло­жил на сест­ру. Маль­чи­ки сразу по­ня­ли, что это не фан­та­зия, а самая на­сто­я­щая ложь, обман, ни­че­го об­ще­го с их без­обид­ны­ми не­бы­ли­ца­ми не име­ю­щий. Фан­та­зи­ро­вать ради смеха, удо­воль­ствия, раз­вле­че­ния  — это одно дело, а об­ма­ны­вать  — со­вер­шен­но дру­гое.

Го­во­рят, что с воз­рас­том уме­ние (а ско­рее, же­ла­ние) фан­та­зи­ро­вать про­па­да­ет, туск­не­ет и не при­но­сит столь­ко ра­до­сти, как в дет­стве. Это так, взрос­лым нужно ду­мать о более ре­аль­ных вещах. Но хоть ино­гда (в дни празд­ни­ков, в от­пус­ке) нужно не­пре­мен­но да­вать волю фан­та­зии, чтобы мир не по­те­рял кра­сок, чтобы было что-то новое, не­обыч­ное, ко­то­рое по­да­рит ра­дость и са­мо­му че­ло­ве­ку, и его близ­ким. Лётчик же смог? И мы все можем, если за­хо­тим!

Лётчик оце­нил фан­та­зию маль­чи­ка, ко­то­рая так важна для бу­ду­ще­го ху­дож­ни­ка.

Ответ: 4

Срав­не­ние— со­по­став­ле­ние од­но­го пред­ме­та или яв­ле­ния с дру­гим (вы­ра­жа­ют­ся через союзы как, слов­но, будто, срав­ни­тель­ную сте­пень при­ла­га­тель­но­го). В ва­ри­ан­те 2 как стадо белых сло­нов—срав­ни­тель­ный обо­рот, он же срав­не­ние.

Ответ: 2

Усло­вию за­да­ния со­от­вет­ству­ют при­став­ки, ко­то­рые окан­чи­ва­ют­ся на буквы З или С. Их на­пи­са­ние под­чи­ня­ет­ся пра­ви­лу: если после при­став­ки сле­ду­ет буква, обо­зна­ча­ю­щая звон­кий звук, то в при­став­ке пишем З; если же после при­став­ки сле­ду­ет буква, обо­зна­ча­ю­щая глу­хой звук, то в при­став­ке пишем С.

Тре­бо­ва­нию за­да­ния со­от­вет­ству­ет слово беспо­кой­но , оно имеет при­став­ку БЕС- перед бук­вой «п», обо­зна­ча­ю­щей глу­хой звук [п].

Ответ: бес­по­кой­но

Раз­го­вор­ное слово «не­спро­ста» в пред­ло­же­нии 52 за­ме­ня­ем сти­ли­сти­че­ски ней­траль­ным си­но­ни­мом «не слу­чай­но»

Ответ:не слу­чай­но

Чтобы по­стро­ить сло­во­со­че­та­ние со свя­зью управ­ле­ние, сле­ду­ет пом­нить, что при такой связи глав­ное слово тре­бу­ет от за­ви­си­мо­го толь­ко опре­делённого па­де­жа. За­ви­си­мое слово «за­сты­ва­ет» в этом па­де­же (часто с пред­ло­гом), при этом глав­ное слово может из­ме­нять­ся. Создаём сло­во­со­че­та­ние «до­рож­ка из бе­то­на», в ко­то­ром слово «до­рож­ка» яв­ля­ет­ся глав­ным и тре­бу­ет от за­ви­си­мо­го «бетон» ро­ди­тель­но­го па­де­жа.

Ответ: до­рож­ка из бе­то­на

Между тем в самолёте сразу стало темно.

Ос­но­вой пред­ло­же­ния будет «стало темно»  —СИС, имен­ная часть вы­ра­же­на сло­вом ка­те­го­рии со­сто­я­ния.

Ответ: стало темно

В пред­ло­же­нии 33 «Через не­сколь­ко минут маль­чик уви­дел, что им нав­стре­чу, по­лы­хая мол­ни­я­ми и гро­хо­ча, летит боль­шая свин­цо­вая туча.» есть де­е­при­ча­стие и де­е­при­част­ный обо­рот, ко­то­рые яв­ля­ют­ся од­но­род­ны­ми между собой.

Между од­но­род­ны­ми за­пя­тая не ста­вит­ся. Между собой они и не могут быть обособ­лен­ны­ми. В одном пред­ло­же­нии 2 обособ­лен­ных об­сто­я­тель­ства.

Оши­бок в за­да­нии нет.

Ответ: 33

Чтобы вы­пол­нить дан­ное за­да­ние, сле­ду­ет пом­нить, что ввод­ные слова ни­ко­гда не яв­ля­ют­ся чле­на­ми пред­ло­же­ния, не от­ве­ча­ют на во­про­сы и с дру­ги­ми сло­ва­ми в пред­ло­же­нии никак не свя­за­ны. Ино­гда они могут быть очень по­хо­жи­ми на гла­гол-ска­зу­е­мое, или на су­ще­стви­тель­ное-до­пол­не­ние, но не яв­ля­ют­ся ими. В этом не­боль­шая слож­ность дан­но­го за­да­ния.

Ввод­ным яв­ля­ет­ся слово может быть. Оно вы­ра­жа­ет сте­пень уве­рен­но­сти го­во­ря­ще­го.

А также ввод­ное слово сле­до­ва­тель­но. Оно ис­поль­зу­ет­ся для оформ­ле­ния по­ряд­ка вы­ска­зы­ва­ния.

Ответ:256

Для от­ве­та на по­став­лен­ный во­прос не­об­хо­ди­мо опре­де­лить струк­ту­ру дан­но­го пред­ло­же­ния.

[Пас­са­жи­ры не от­ры­ва­ясь смот­ре­ли на тучу, (ко­то­рая на­дви­га­лась на самолёт), и бес­по­кой­но пе­ре­го­ва­ри­ва­лись между собой].

Основ 2. Глав­ное пред­ло­же­ние ослож­не­но од­но­род­ны­ми ска­зу­е­мы­ми.

Ответ: 2

[Маль­чик по­смот­рел на лётчика, уви­дел, (что тот улы­ба­ет­ся), и за­мол­чал].

Гра­ни­цы при­да­точ­но­го пред­ло­же­ния  — цифры 2 и 3;

[Ему стало стыд­но, (что он рас­ска­зы­ва­ет взрос­ло­му че­ло­ве­ку, да к тому же ещё лётчику, про каких-то об­лач­ных сло­нов и китов).

Гра­ни­ца при­да­точ­но­го пред­ло­же­ния  — цифры 4;

Ответ: 234.

Слож­ное пред­ло­же­ние с не­од­но­род­ным (па­рал­лель­ным) под­чи­не­ни­ем при­да­точ­ных долж­но быть во-пер­вых, слож­но­под­чинённым, то есть иметь под­чи­ни­тель­ные союзы; во-вто­рых, нужно, чтобы при­да­точ­ные от­ве­ча­ли на раз­ные во­про­сы или от­но­си­лись к раз­ным сло­вам в глав­ном ( имен­но в этом и есть глав­ная осо­бен­ность па­рал­лель­но­го под­чи­не­ния); в тре­тьих, основ долж­но быть ми­ни­мум три.

Всем этим усло­ви­ям со­от­вет­ству­ет пред­ло­же­ние 52.

[¹Маль­чик не знал, (² от­ку­да здесь вдруг по­явил­ся лётчик), но чув­ство­вал], (³что всё это не­спро­ста).

Три про­стых пред­ло­же­ния в одном слож­ном свя­за­ны таким об­ра­зом:

От глав­но­го пред­ло­же­ния 1 мы задаём во­прос от пер­во­го ска­зу­е­мо­го, не знал чего? На него от­ве­ча­ет при­да­точ­ное 2

От глав­но­го пред­ло­же­ния 1 мы задаём во­прос от вто­ро­го ска­зу­е­мо­го, чув­ство­вал что? На него от­ве­ча­ет при­да­точ­ное 3

В 50 есть од­но­род­ное и по­сле­до­ва­тель­ное, но не па­рал­лель­ное.

Ответ: 52

Дан­ное пред­ло­же­ние, во-пер­вых, долж­но иметь со­чи­ни­тель­ные союзы между ча­стя­ми; во-вто­рых, долж­но иметь ми­ни­мум три ос­но­вы, но их может быть и боль­ше, глав­ное— чтобы между пред­ло­же­ни­я­ми были ВСЕ ука­зан­ные виды связи, то есть где-то между пред­ло­же­ни­я­ми был (были) союз(ы), а где-то со­ю­зов не было во­об­ще.

Пред­ло­же­ние 31 со­от­вет­ству­ет всем этим тре­бо­ва­ни­ям.

{¹Небо для него все­гда было толь­ко ме­стом ра­бо­ты}, и {²он при­вык его оце­ни­вать с точки зре­ния при­год­но­сти для полёта}: {низ­кая об­лач­ность  — плохо для по­сад­ки}, {вы­со­кая об­лач­ность— от­лич­но для полёта}, {гро­зо­вая  — опас­но}.

Между 1 и 2—со­чи­ни­тель­ная; между осталь­ны­ми—бес­со­юз­ная

Ответ: 31

1.  Слова каж­дой части речи имеют свою нишу в огром­ном мире слов и вы­пол­ня­ют опре­де­лен­ные функ­ции. Каж­дая из них может быть сред­ством вы­ра­зи­тель­но­сти речи. Не­слу­чай­но Вик­тор Вла­ди­ми­ро­вич Ви­но­гра­дов писал: «При­ла­га­тель­ное – это самая изоб­ра­зи­тель­ная часть речи. При­ла­га­тель­ные могут опи­сать цвет, запах, форму лю­бо­го пред­ме­та, рас­ска­зать о наших чув­ствах, ха­рак­те­ре, внеш­но­сти, пе­ре­жи­ва­ни­ях, о на­стро­е­нии». По­про­бу­ем до­ка­зать это на при­ме­ре ис­поль­зо­ва­ния имен при­ла­га­тель­ных в от­рыв­ке из про­из­ве­де­ния В. А. Же­лез­ни­ко­ва.

С по­мо­щью имен при­ла­га­тель­ных в тек­сте со­зда­ют­ся об­ра­зы, кон­кре­ти­зи­ру­ют­ся яв­ле­ния и по­ня­тия. Так, имена при­ла­га­тель­ные ис­поль­зу­ют­ся ав­то­ром в опи­са­нии лётчика: «Его хму­рое, уста­лое лицо чуть-чуть по­свет­ле­ло, и он при­выч­но спро­сил…» (пред­ло­же­ние №7), «И ушёл об­рат­но к аэро­пор­ту, су­ту­лый, боль­шой» (пред­ло­же­ние №57). Ис­поль­зо­ва­ние при­ла­га­тель­ных по­мо­га­ет ав­то­ру на­ри­со­вать живые, легко пред­став­ля­е­мые порт­ре­ты ге­ро­ев.

В пред­ло­же­ни­ях 12, 33 при­ла­га­тель­ные ис­поль­зу­ют­ся для опи­са­ния со­сто­я­ний при­ро­ды: белые об­ла­ка, боль­шая свин­цо­вая туча. Они до­бав­ля­ют в опи­са­ние яр­ко­сти, кра­соч­но­сти, зна­чит, вы­пол­ня­ют функ­цию изоб­ра­зи­тель­но-вы­ра­зи­тель­ных средств.

Про­ана­ли­зи­ро­вав текст, мы под­твер­ди­ли мысль В. В. Ви­но­гра­до­ва о важ­но­сти при­ла­га­тель­ных в нашей речи.

2.  В фи­на­ле тек­ста В. Же­лез­ни­ко­ва зву­чит мысль о том, что очень важно, когда твои внут­рен­ние по­буж­де­ния, по­ры­вы души по­ня­ты. Маль­чик видит кра­со­ту мира, хочет за­пе­чат­леть её и по­де­лить­ся этой кра­со­той с окру­жа­ю­щи­ми. Лётчик по­мо­га­ет осу­ще­ствить­ся этой мечте – он по­ку­па­ет сво­е­му по­пут­чи­ку крас­ки.

Ма­лень­кий ху­дож­ник видит мир по-осо­бо­му: он живо вос­при­ни­ма­ет его кра­со­ту, для него удив­ле­ние в не­обыч­но­сти мира: Земля по­хо­жа на мо­за­и­ку (пред­ло­же­ние 26), в об­ла­ках можно раз­гля­деть сло­нов и китов (пред­ло­же­ния 12, 15). Уме­ние удив­лять­ся го­во­рит об от­кры­той душе героя, о бо­га­том внут­рен­нем мире.

Рядом со своим слу­чай­ным по­пут­чи­ком рас­кры­ва­ет­ся и внут­рен­ний мир лётчика. Взрос­лый че­ло­век в силу своей за­ня­то­сти и не­ко­то­рой су­ро­во­сти про­фес­сии не за­ме­тил, как пе­ре­стал ви­деть глав­ное: жизнь во­круг пре­крас­на и уди­ви­тель­на: «(29)Ему даже стало не­множ­ко обид­но: столь­ко раз про­ле­тал мимо вся­ких там сло­нов и ни­че­го этого не за­ме­чал. (30)Он с вос­хи­ще­ни­ем по­смот­рел на этого ху­день­ко­го маль­чи­ка».

Страш­но в жизни встре­тить­ся с че­ло­ве­ком, не спо­соб­ным ви­деть кра­со­ту и добро, че­ло­ве­ком, очерст­вев­шим под воз­дей­стви­ем каких-то жиз­нен­ных об­сто­я­тельств, от­но­ся­щим­ся ко всему с не­до­ве­ри­ем и опас­кой. Пусть в мире будет по­боль­ше таких маль­чи­ков, спо­соб­ных не толь­ко вос­хи­щать­ся миром, но и за­ря­жать своей по­ло­жи­тель­ной энер­ги­ей окру­жа­ю­щих. Имен­но так про­изо­шло с лётчи­ком. Не­ви­ди­мый им­пульс от ма­лень­ко­го ху­дож­ни­ка родил новый заряд: лет­чи­ку за­хо­те­лось осу­ще­ствить мечту ребёнка и по­да­рить ему крас­ки.

3.  Внут­рен­ний мир че­ло­ве­ка  — это осо­бый мир, не­до­ступ­ный дру­гим людям и скры­тый от по­сто­рон­них глаз. Это наши мысли, пе­ре­жи­ва­ния, мечты, чув­ства. Тайна внут­рен­не­го мира при­от­кры­ва­ет­ся, когда мы со­вер­ша­ем какие-либо по­ступ­ки, даём оцен­ку со­бы­ти­ям, то есть про­яв­ля­ем себя. А если про­яви­ли, то, воз­мож­но, по­вли­я­ли на кого-то, кто был рядом.

Со­при­кос­нув­шись с миром фан­та­зий ма­лень­ко­го ху­дож­ни­ка, лётчик не мог не уди­вить­ся их не­обыч­но­сти: он сам ни­ко­гда не видел в небе об­ла­ков-сло­нов с хо­бо­та­ми и не за­ме­чал, что в Земле по­хо­жа на мо­за­и­ку. Лётчик удив­лял­ся са­мо­му себе: впер­вые за много лет ра­бо­ты он по­ду­мал о гро­зо­вой туче не как об опас­ной си­ту­а­ции, а о том, на что она по­хо­жа. На­вер­ное, имен­но из-за этих новых ощу­ще­ний, ко­то­рые лётчик впер­вые ис­пы­тал, в бла­го­дар­ность за них, он и по­да­рил маль­чи­ку крас­ки.

У нас в клас­се учат­ся две сест­ры, обе очень увле­че­ны по­э­зи­ей, знают массу сти­хов не из школь­ной про­грам­мы. И чи­та­ют их так вы­ра­зи­тель­но, ду­шев­но. Осо­бен­но прон­зи­тель­но зву­ча­ли стихи о войне на класс­ном часе, по­свящённом Дню по­бе­ды. Но когда мы со­бра­лись всем клас­сом, чтобы при­нять уча­стие в «Бес­смерт­ном полку», де­воч­ки не при­шли. «Мы и так стихи зуб­ри­ли, на­до­е­ла эта война»,  — ска­за­ли они в оправ­да­ние. А мы-то ду­ма­ли, что они...по-на­сто­я­ще­му, с душой...А ока­за­лось, что их душа  — потёмки.

Имен­но бла­го­да­ря внут­рен­не­му миру мы все раз­ные. Но наши миры живут в нас не обособ­лен­но, они не­ви­ди­мы­ми ни­тя­ми свя­зы­ва­ют нас с дру­ги­ми лю­дь­ми. Да­вай­те де­лить­ся хо­ро­ши­ми, свет­лы­ми, чи­сты­ми ми­ра­ми. И тогда мир за­иг­ра­ет но­вы­ми крас­ка­ми.

1..  Слова каж­дой части речи имеют свою нишу в огром­ном мире слов и вы­пол­ня­ют опре­де­лен­ные функ­ции. Каж­дая из них может быть сред­ством вы­ра­зи­тель­но­сти речи. Не­слу­чай­но Вик­тор Вла­ди­ми­ро­вич Ви­но­гра­дов писал: «При­ла­га­тель­ное – это самая изоб­ра­зи­тель­ная часть речи. При­ла­га­тель­ные могут опи­сать цвет, запах, форму лю­бо­го пред­ме­та, рас­ска­зать о наших чув­ствах, ха­рак­те­ре, внеш­но­сти, пе­ре­жи­ва­ни­ях, о на­стро­е­нии». По­про­бу­ем до­ка­зать это на при­ме­ре ис­поль­зо­ва­ния имен при­ла­га­тель­ных в от­рыв­ке из про­из­ве­де­ния В. А. Же­лез­ни­ко­ва.

С по­мо­щью имен при­ла­га­тель­ных в тек­сте со­зда­ют­ся об­ра­зы, кон­кре­ти­зи­ру­ют­ся яв­ле­ния и по­ня­тия. Так, имена при­ла­га­тель­ные ис­поль­зу­ют­ся ав­то­ром в опи­са­нии лётчика: «Его хму­рое, уста­лое лицо чуть-чуть по­свет­ле­ло, и он при­выч­но спро­сил…» (пред­ло­же­ние №7), «И ушёл об­рат­но к аэро­пор­ту, су­ту­лый, боль­шой» (пред­ло­же­ние №57). Ис­поль­зо­ва­ние при­ла­га­тель­ных по­мо­га­ет ав­то­ру на­ри­со­вать живые, легко пред­став­ля­е­мые порт­ре­ты ге­ро­ев.

В пред­ло­же­ни­ях 12, 33 при­ла­га­тель­ные ис­поль­зу­ют­ся для опи­са­ния со­сто­я­ний при­ро­ды: белые об­ла­ка, боль­шая свин­цо­вая туча. Они до­бав­ля­ют в опи­са­ние яр­ко­сти, кра­соч­но­сти, зна­чит, вы­пол­ня­ют функ­цию изоб­ра­зи­тель­но-вы­ра­зи­тель­ных средств.

Про­ана­ли­зи­ро­вав текст, мы под­твер­ди­ли мысль В. В. Ви­но­гра­до­ва о важ­но­сти при­ла­га­тель­ных в нашей речи.

2..  В фи­на­ле тек­ста В. Же­лез­ни­ко­ва зву­чит мысль о том, что очень важно, когда твои внут­рен­ние по­буж­де­ния, по­ры­вы души по­ня­ты. Маль­чик видит кра­со­ту мира, хочет за­пе­чат­леть её и по­де­лить­ся этой кра­со­той с окру­жа­ю­щи­ми. Лётчик по­мо­га­ет осу­ще­ствить­ся этой мечте – он по­ку­па­ет сво­е­му по­пут­чи­ку крас­ки.

Ма­лень­кий ху­дож­ник видит мир по-осо­бо­му: он живо вос­при­ни­ма­ет его кра­со­ту, для него удив­ле­ние в не­обыч­но­сти мира: Земля по­хо­жа на мо­за­и­ку (пред­ло­же­ние 26), в об­ла­ках можно раз­гля­деть сло­нов и китов (пред­ло­же­ния 12, 15). Уме­ние удив­лять­ся го­во­рит об от­кры­той душе героя, о бо­га­том внут­рен­нем мире.

Рядом со своим слу­чай­ным по­пут­чи­ком рас­кры­ва­ет­ся и внут­рен­ний мир лётчика. Взрос­лый че­ло­век в силу своей за­ня­то­сти и не­ко­то­рой су­ро­во­сти про­фес­сии не за­ме­тил, как пе­ре­стал ви­деть глав­ное: жизнь во­круг пре­крас­на и уди­ви­тель­на: «(29)Ему даже стало не­множ­ко обид­но: столь­ко раз про­ле­тал мимо вся­ких там сло­нов и ни­че­го этого не за­ме­чал. (30)Он с вос­хи­ще­ни­ем по­смот­рел на этого ху­день­ко­го маль­чи­ка».

Страш­но в жизни встре­тить­ся с че­ло­ве­ком, не спо­соб­ным ви­деть кра­со­ту и добро, че­ло­ве­ком, очерст­вев­шим под воз­дей­стви­ем каких-то жиз­нен­ных об­сто­я­тельств, от­но­ся­щим­ся ко всему с не­до­ве­ри­ем и опас­кой. Пусть в мире будет по­боль­ше таких маль­чи­ков, спо­соб­ных не толь­ко вос­хи­щать­ся миром, но и за­ря­жать своей по­ло­жи­тель­ной энер­ги­ей окру­жа­ю­щих. Имен­но так про­изо­шло с лётчи­ком. Не­ви­ди­мый им­пульс от ма­лень­ко­го ху­дож­ни­ка родил новый заряд: лет­чи­ку за­хо­те­лось осу­ще­ствить мечту ребёнка и по­да­рить ему крас­ки.

3..  Фан­та­зия  — это слово, ко­то­рое имеет не­сколь­ко зна­че­ний. Когда го­во­рят «ты фан­тазёр» под­ра­зу­ме­ва­ют, что со­бе­сед­ник об­ла­да­ет уме­ни­ем при­ду­мы­вать нечто не­ре­аль­ное, ори­ги­наль­ное, ви­деть то, что не видят дру­гие. С дру­гой сто­ро­ны, фан­та­зи­ей на­зы­ва­ют и то, что вы­ду­ма­но, даже вы­ра­же­ние есть  — «плод фан­та­зий». Все же пом­нят ковры-са­мо­ле­ты, са­по­ги-ско­ро­хо­ды и ска­тер­ти-са­мо­бран­ки, ко­то­ры­ми так бо­га­ты рус­ские вол­шеб­ные сказ­ки? Не по­лу­чит­ся фан­та­зи­ро­вать, если у че­ло­ве­ка нет во­об­ра­же­ния, это очень свя­зан­ные по­ня­тия. Без фан­та­зии мир те­ря­ет свои крас­ки, ис­че­за­ет ощу­ще­ние но­виз­ны, не­обыч­но­сти. Осо­бен­но не­об­хо­ди­ма фан­та­зия людям твор­че­ским: ху­дож­ни­кам, пи­са­те­лям, сце­на­ри­стам.

Юный ху­дож­ник из рас­ска­за В. Же­лез­ни­ко­ва об­ла­да­ет даром во­об­ра­же­ния, по­это­му видит в при­выч­ных для лет­чи­ка тучах и об­ла­ках не­обыч­ное: «.. белые об­ла­ка со­всем как стадо белых сло­нов. У пер­во­го под хо­бо­том клыки. Это вожак. А вон об­ла­ко-кит. Очень кра­си­вый хвост.» Лет­чик был удивлён тем, как по-но­во­му смот­рит маль­чик на, ка­за­лось бы, со­вер­шен­но обы­ден­ные для него вещи. На­вер­ное, вер­нув­шись домой, ху­дож­ник на­ри­су­ет то, что уви­дел: и кита, и сло­нов, и землю с вы­со­ты полёта. Это будет очень ра­дост­ный ри­су­нок, ко­то­рый со­хра­нит вос­по­ми­на­ния и о по­ле­те на самолёте, и о полёте фан­та­зии.

Мне вспом­нил­ся рас­сказ Ни­ко­лая Но­со­ва, он на­зы­ва­ет­ся «Фан­тазёры». Маль­чи­ки ве­се­лья ради на­пе­ре­бой вы­ду­мы­ва­ли не­ве­ро­ят­ные не­бы­ли­цы, ста­ра­ясь пе­ре­ще­го­лять друг друга в уме­нии фан­та­зи­ро­вать. Но их весёлая игра была пре­рва­на со­сед­ским маль­чи­ком, ко­то­рый по­счи­тал со­рев­но­ва­ние на луч­ше­го фан­тазёра пу­стым за­ня­ти­ем и по­хва­стал­ся, что лучше умеет фан­та­зи­ро­вать. Ока­за­лось, что он со­вер­шил про­сту­пок, а вину за него пе­ре­ло­жил на сест­ру. Маль­чи­ки сразу по­ня­ли, что это не фан­та­зия, а самая на­сто­я­щая ложь, обман, ни­че­го об­ще­го с их без­обид­ны­ми не­бы­ли­ца­ми не име­ю­щий. Фан­та­зи­ро­вать ради смеха, удо­воль­ствия, раз­вле­че­ния  — это одно дело, а об­ма­ны­вать  — со­вер­шен­но дру­гое.

Го­во­рят, что с воз­рас­том уме­ние (а ско­рее, же­ла­ние) фан­та­зи­ро­вать про­па­да­ет, туск­не­ет и не при­но­сит столь­ко ра­до­сти, как в дет­стве. Это так, взрос­лым нужно ду­мать о более ре­аль­ных вещах. Но хоть ино­гда (в дни празд­ни­ков, в от­пус­ке) нужно не­пре­мен­но да­вать волю фан­та­зии, чтобы мир не по­те­рял кра­сок, чтобы было что-то новое, не­обыч­ное, ко­то­рое по­да­рит ра­дость и са­мо­му че­ло­ве­ку, и его близ­ким. Лётчик же смог? И мы все можем, если за­хо­тим!