(1)  Ки­рилл Оси­по­вич подошёл и вклю­чил те­ле­ви­зор.

—  (2)  Мар­ков­на, Жека, са­ди­тесь ближе! (3)  Сей­час начнётся, а пока я рас­ска­жу сам. (4)  Жека, взгля­ни в окно  — ви­дишь, ба­шен­ные краны тор­чат? (5)  Они везде тор­чат, а это вче­раш­ний день стро­и­тель­ства, по­то­му что они не­по­во­рот­ли­вы и не­удоб­ны. (6)  А те­перь  — смот­ри­те, что изобрёл мой сын Лёвушка!

(7)  На экра­не по­явил­ся су­ту­лый гру­зо­ви­чок, на спине ко­то­ро­го по­ка­чи­ва­лась тон­кая стре­ла. (8)  Гру­зо­ви­чок подъ­е­хал к строй­пло­щад­ке, за­драл вверх стре­лу, ко­то­рая, всем на удив­ле­ние, до­тя­ну­лась до са­мо­го верх­не­го этажа. (9)  И вот, под­цеп­лен­ная крю­ком, по­плы­ла ввысь бе­тон­ная стена. (10)  Она уплы­ва­ла не­ве­со­мо, стре­ми­тель­но. (11)  Было не­по­сти­жи­мо, по­че­му гру­зо­ви­чок не на­кло­ня­ет­ся и не пе­ре­во­ра­чи­ва­ет­ся, по­че­му не гнётся, не об­ло­мит­ся изящ­ная то­нень­кая стре­ла.

—  (12)  Вы по­смот­ри­те, Лёвушка стро­ит эти ма­ши­ны не пер­вый год, каж­дая новая мо­дель была лучше преж­них, но вот эта, по­след­няя, осо­бен­но хо­ро­ша!

(13)  На­блю­дая за этими цир­ко­вы­ми фо­ку­са­ми, ни Жека, ни Мар­ков­на не за­ме­ти­ли, что Ки­рилл Оси­по­вич вдруг умолк. (14)  А тот, сгорб­лен­ный и от этого ещё более ма­лень­кий, при­щу­рив­шись, ли­стал стра­ни­цы учеб­ни­ка.

—  (15)  Как это могло про­изой­ти?  — вне­зап­но спро­сил он жёстким, не­при­ят­ным го­ло­сом.  —  (16)  Вот Лёвуш­кин учеб­ник. (17)  Пят­на­дца­ти­лет­ней дав­но­сти. (18)  И вот здесь, на полях... (19)  Здесь кон­струк­ция этой ма­ши­ны! (20)  Вы­хо­дит, он изобрёл эту ма­ши­ну ещё в ин­сти­ту­те и по­че­му-⁠то скрыл её, спря­тал! (21)  И стро­ил вон те мо­де­ли, пер­вые, ко­то­рые хуже! (22)  Зачем, я спра­ши­ваю? (23)  Если это прав­да... (24)  Это же страш­но.

—  (25)  Чего... страш­но­го-⁠то?  — спро­си­ла Мар­ков­на.

(26)Ки­рилл Оси­по­вич обер­нул­ся к Жеке.

—  (27)  Ты спор­том за­ни­ма­ешь­ся? (28)  Пред­по­ло­жим, ты пры­га­ешь в вы­со­ту. (29)  Мо­жешь прыг­нуть на два метра, а ре­корд  — пол­то­ра. (30)  Что ты сде­ла­ешь?

—  (31)  Прыг­ну на два.

—  (32)  Зачем?  — резко спро­сил Ки­рилл Оси­по­вич.  —  (33)  Этого никто не знает, и ты мо­жешь это скрыть! (34)  Под­ни­май план­ку по сан­ти­мет­ру  — и побьёшь дю­жи­ну ре­кор­дов. (35)  Очень вы­год­но!

—  (36)  Не надо мне этого,  — ска­зал Жека, глядя в пол.

—  (37)  По­то­му что  — обман? (38)  Так ведь? (39)  Это даже ребёнок по­ни­ма­ет. (40)  Лёвушка при­ду­мал от­лич­ную ма­ши­ну. (41)  Но ведь потом надо при­ду­мы­вать сле­ду­ю­щую! (42)  А это труд­но! (43)  И он все эти годы под­ни­мал пла­ноч­ку по сан­ти­мет­ру: так легче.

—  (44)  Но ведь не украл же он! (45)  Своим рас­по­ря­жал­ся!

—  (46)  Он украл, и не­ма­ло: пят­на­дцать лет жизни! (47)  Он ра­бо­та­ет не один, у него кон­струк­тор­ское бюро, по­мощ­ни­ки, ис­пол­ни­те­ли. (48)  Пят­на­дцать лет они были вме­сте. (49)  Он гля­дел им в глаза, при­тво­рял­ся, а они не знали, кто он такой... (50)  Если бы он пришёл ко мне, рас­ска­зал, я не поз­во­лил бы те­рять время! (51)  Но он не пришёл, и оправ­да­ний этому нет... (52)  Ни­ка­ких оправ­да­ний ему нет, по­ни­ма­е­те?!

* Шим Эду­ард Юрье­вич (на­сто­я­щая фа­ми­лия  — Шмидт) (1930–2006)  — рус­ский пи­са­тель, дра­ма­тург.