По­яс­не­ние. 2.  Очень часто то, что че­ло­век не по­ни­ма­ет в силу своей не­об­ра­зо­ван­но­сти, не­раз­ви­то­сти, не­спо­соб­но­сти оце­нить вслед­ствие су­ет­но­сти жизни и сло­жив­ших­ся об­сто­я­тельств, он счи­та­ет не­важ­ным, ни­чтож­ным. Од­на­ко Юрий Гри­бов за­ме­ча­ет, что це­нить и по­ни­мать кра­со­ту спо­со­бен каж­дый че­ло­век. Об этом фи­наль­ные строч­ки при­ведённого тек­ста.

В тек­сте рас­ска­зы­ва­ет­ся, как из­ме­ня­ют­ся люди под вли­я­ни­ем кра­со­ты рус­ской при­ро­ды и рус­ской песни. В пред­ло­же­нии 24 на­хо­дим под­твер­жде­ние этому: «Я смот­рел на них, вдох­новлённых, и думал о том, что вот все они раз­ные, а сей­час вдруг они как бы оди­на­ко­вы­ми стали, что-то за­ста­ви­ло их сбли­зить­ся, за­быть­ся, по­чув­ство­вать веч­ную кра­со­ту».

Сам автор, глядя с баржи вдаль, пред­став­ля­ет Не­кра­со­ва: «Может, по­то­му как живой и ви­дит­ся на этих до­ро­гах Не­кра­сов, что он со­здал, бывая здесь, много по­э­ти­че­ских про­из­ве­де­ний, вос­пел кра­со­ту верх­не­волж­ской при­ро­ды». Чув­ству­ет свое еди­не­ние с ве­ли­кой куль­ту­рой, на­сле­ди­ем не­объ­ят­ной стра­ны.

Наша Ро­ди­на мно­го­ли­ка. Со­хра­нить её для по­том­ков  — наш долг перед бу­ду­щи­ми по­ко­ле­ни­я­ми.

3.  Кра­со­та, осо­бен­но кра­со­та при­ро­ды,  — это не про­сто эс­те­ти­че­ское удо­воль­ствие. Она об­ла­да­ет уди­ви­тель­ной силой про­буж­дать в че­ло­ве­ке луч­шее: глу­бин­ные чув­ства, твор­че­ское на­ча­ло, ощу­ще­ние един­ства с миром и дру­ги­ми лю­дь­ми, на­по­ми­ная о веч­но­сти и не­пре­хо­дя­щих цен­но­стях. Она спо­соб­на вы­рвать нас из ру­ти­ны, за­ста­вить за­ду­мать­ся, вдох­но­вить и ис­це­лить душу.

Яр­чай­шее под­твер­жде­ние этой силы мы видим в тек­сте Ю. Т. Гри­бо­ва. Обыч­ная сцена на барже: ра­бо­чие иг­ра­ют в карты, жен­щи­ны едят яб­ло­ки, все по­гру­же­ны в буд­нич­ные за­бо­ты. Но вот баржа вы­хо­дит на ши­ро­кий про­стор реки, и перед лю­дь­ми пред­ста­ет по­тря­са­ю­щая кар­ти­на: «Глу­бо­кая и тихая вода ла­ки­ро­ван­но бле­сте­ла... в это чёрное зер­ка­ло смот­ре­лись... за­дум­чи­вые ели, тон­кие берёзки...» Кра­со­та мо­мен­таль­но пре­об­ра­жа­ет всех. Ра­бо­чие от­кла­ды­ва­ют карты, жен­щи­ны пе­ре­ста­ют есть, во­ца­ря­ет­ся ти­ши­на. А затем кра­со­та про­буж­да­ет в жен­щи­не песню  — ста­рин­ную, ли­ри­че­скую. Ее под­хва­ты­ва­ют дру­гие жен­щи­ны, а потом и муж­чи­ны, хоть и стес­ня­ясь. Кра­со­та при­ро­ды стала ка­та­ли­за­то­ром кра­со­ты ду­шев­ной: она объ­еди­ни­ла раз­ных людей («все они раз­ные, а сей­час вдруг они как бы оди­на­ко­вы­ми стали»), за­ста­ви­ла их по­чув­ство­вать «род­ство душ» и «веч­ную кра­со­ту», вы­ра­зить свои чув­ства в песне, ко­то­рая зву­чал целый час. Автор де­ла­ет важ­ный вывод: кра­со­та живет в серд­це каж­до­го, и важно «су­меть раз­бу­дить её».

Это про­буж­да­ю­щее и объ­еди­ня­ю­щее свой­ство кра­со­ты я не раз на­блю­дал и в жизни. Пред­ставь­те кон­церт клас­си­че­ской му­зы­ки в парке. Люди при­шли по раз­ным при­чи­нам: кто-то слу­чай­но про­хо­дил мимо, кто-то це­ле­на­прав­лен­но при­шел с пле­дом. Но когда ор­кестр на­чи­на­ет иг­рать, ска­жем, пре­крас­ную сим­фо­нию Чай­ков­ско­го, про­ис­хо­дит чудо. По­сте­пен­но смол­ка­ют раз­го­во­ры, лица ста­но­вят­ся со­сре­до­то­чен­ны­ми или оду­хо­тво­рен­ны­ми. Кра­со­та му­зы­ки за­хва­ты­ва­ет всех, не­за­ви­си­мо от воз­рас­та или со­ци­аль­но­го по­ло­же­ния. В фи­на­ле, когда зву­чат по­след­ние ак­кор­ды, на­сту­па­ет мгно­ве­ние пол­ной ти­ши­ны  — а затем взрыв ап­ло­дис­мен­тов от сотен людей, объ­еди­нен­ных общим, глу­бо­ким пе­ре­жи­ва­ни­ем пре­крас­но­го. В этот мо­мент раз­ли­чия сти­ра­ют­ся, всех свя­зы­ва­ет чув­ство вос­тор­га и бла­го­дар­но­сти за по­да­рен­ную кра­со­ту.

Таким об­ра­зом, зна­че­ние кра­со­ты в жизни че­ло­ве­ка огром­но. Она  — мощ­ный ис­точ­ник вдох­но­ве­ния и эмо­ций (как для Не­кра­со­ва в лесах или для по­ю­щих на барже), уни­вер­саль­ный язык, объ­еди­ня­ю­щий людей, и на­по­ми­на­ние о веч­ных цен­но­стях и гар­мо­нии мира («леса будут та­ки­ми же»). Она спо­соб­на пре­об­ра­зить обы­ден­ность, за­ста­вить серд­це бить­ся силь­нее и на­пом­нить, что в каж­дом из нас живет от­клик на пре­крас­ное, стоит толь­ко дать ему проснуть­ся.