(1)  Я читал свою тол­стую биб­лио­теч­ную книгу очень долго  — месяц или пол­то­ра.

(2)  Я ку­пал­ся в сча­стье, в солн­це и без­за­бот­но­сти до­во­ен­ной жизни, ко­то­рая уже стала за­бы­вать­ся, ото­дви­гать­ся в даль па­мя­ти, слов­но в те­ат­раль­ные ку­ли­сы.

(3)  Ино­гда ка­за­лось, что война идёт все­гда, что отец целую веч­ность на фрон­те. (4)  Не ве­ри­лось толь­ко од­но­му  — что это будет бес­ко­неч­но. (5)  Не было без­надёжно­сти. (6)  На­деж­да и ожи­да­ние  — един­ствен­ное, чем жили люди. (7)  Всё, что про­ис­хо­ди­ло сей­час, ка­за­лось вре­мен­ным. (8)  Но за­тя­нув­ша­я­ся вре­мен­ность, по­нят­но, тре­бо­ва­ла хоть ко­рот­ких при­кос­но­ве­ний к по­сто­ян­ству.

(9)  Может, я по­то­му так долго и читал книгу о до­во­ен­ной жизни, что это было вос­по­ми­на­ние о по­сто­ян­стве? (10)  Может, я хотел по­доль­ше за­дер­жать­ся там, на мир­ной и тихой Волге, пред­став­ляя героя книж­ки, моего сверст­ни­ка, самим собою? (11)  Может, эта книж­ка была ма­лень­ким ост­ров­ком мира в море войны? (12)  Не помню.

(13)  Помню, что я был бес­ко­неч­но счаст­лив, уса­жи­ва­ясь ве­че­ром с кни­гой в руках по­бли­же к печи и на­тя­нув ды­ря­вый от ста­ро­сти ба­буш­кин шер­стя­ной пла­ток на плечи. (14)  Счаст­лив и про­светлён.

(15)  Книга де­ла­ла чудо: она раз­го­ва­ри­ва­ла со мной раз­ны­ми го­ло­са­ми детей и взрос­лых. (16)  Я чув­ство­вал, как подо мной по­ка­чи­ва­ет­ся па­лу­ба бе­ло­снеж­но­го па­ро­хо­да, видел всплес­ки огром­ных рыб в тяжёлых стру­ях реки. (17)  Я слы­шал ме­тал­ли­че­ский гро­хот якор­ной цепи и чёткие ко­ман­ды ка­пи­та­на, хоть и не мор­ско­го, реч­но­го, а всё-⁠таки с труб­кой в зубах. (18)  Я ощу­щал при­кос­но­ве­ния че­ло­ве­че­ских ла­до­ней, видел ры­бац­кий костёр, чув­ство­вал за­па­хи дыма, ко­то­рый до­но­сил­ся с бе­ре­га, слы­шал мер­ное чмо­ка­нье волны о де­бар­ка­дер, на­сла­ждал­ся са­ха­ри­стым вку­сом аст­ра­хан­ско­го ар­бу­за. (19)  Будто вол­шеб­ная власть уно­си­ла меня в дру­гое про­стран­ство и время, и рас­кры­ва­лись без­мер­ные дали, рас­сту­па­лись об­лач­ные не­бе­са.

(20)  И я любил то, чего ни­ко­гда не видел, и это не ви­дан­ное мною было не­обык­но­вен­но, пре­крас­но и уди­ви­тель­но. (21)  Я читал книгу, на­сла­ждал­ся ею, точно гло­тал вкус­ное мо­ро­же­ное.

(22)  За­кон­чив чи­тать её, я с на­деж­дой от­пра­вил­ся в биб­лио­те­ку.

(23)  На две­рях висел замок, а за стек­лом боль­шо­го окна, при­кле­ен­ная с той сто­ро­ны, бе­ле­ла за­пис­ка: «Биб­лио­те­ка вре­мен­но за­кры­та».

(24)  Я вер­нул­ся домой, по­сло­нял­ся по ком­на­те, по­ли­стал ещё раз свою про­чи­тан­ную книгу и об­на­ру­жил: мне те­перь по ве­че­рам со­вер­шен­но нечем стало за­нять­ся...

* Ли­ха­нов Аль­берт Ана­то­лье­вич  — со­вре­мен­ный дет­ский и юно­ше­ский пи­са­тель. Глав­ная тема твор­че­ства  — ста­нов­ле­ние ха­рак­те­ра под­рост­ка  — про­хо­дит через де­сят­ки про­из­ве­де­ний: по­ве­сти «Звёзды в сен­тяб­ре», «Тёплый дождь», «Бла­гие на­ме­ре­ния», «Рус­ские маль­чи­ки» и дру­гие. По ро­ма­ну «По­след­ние хо­ло­да» снят од­но­имённый фильм.