По­яс­не­ние. На­брос­ки для со­чи­не­ния 13.1

Вступ­ле­ние: Де­е­при­ча­стия иг­ра­ют важ­ней­шую роль в ху­до­же­ствен­ном тек­сте. Они не толь­ко обо­зна­ча­ют до­ба­воч­ное дей­ствие, но и при­да­ют по­вест­во­ва­нию ди­на­ми­ку, по­мо­га­ют жи­во­пис­но пе­ре­дать со­сто­я­ние ге­ро­ев и де­та­ли­зи­ро­вать про­ис­хо­дя­щее. В рас­ска­зе Е. Ру­да­ко­ва эта часть речи по­мо­га­ет чи­та­те­лю почти фи­зи­че­ски ощу­тить тя­жесть пути сквозь снеж­ную бурю.

При­мер 1: Де­е­при­ча­стия для пе­ре­да­чи фи­зи­че­ско­го на­пря­же­ния и пре­одо­ле­ния сти­хии.

Опи­сы­вая страш­ный путь сквозь ле­дя­ную грязь, автор ис­поль­зу­ет де­е­при­ча­стия, пе­ре­да­ю­щие от­ча­ян­ную борь­бу людей за жизнь (пред­ло­же­ния 19, 21): осла­бев­ший рас­сказ­чик па­да­ет, «ба­рах­та­ясь в тя­гу­чей массе», а его то­ва­рищ ищет по­те­рян­ный сапог, с тру­дом «пол­зая по грязи».

Роль: Эти грам­ма­ти­че­ские формы ри­су­ют пре­дель­но ре­а­ли­стич­ную, су­ро­вую кар­ти­ну. Мы видим не про­сто факт дви­же­ния, а му­чи­тель­ный про­цесс пре­одо­ле­ния пре­пят­ствий. Дей­ствие ста­но­вит­ся объёмным и зри­мым.

При­мер 2: Де­е­при­ча­стия для вы­ра­же­ния вза­им­ной под­держ­ки.

В пред­ло­же­нии 22 мы видим, как имен­но пе­ре­дви­га­ют­ся из­му­чен­ные люди: «Потом мы шли, по оче­ре­ди тол­кая друг друга, или от­ды­ха­ли, опи­ра­ясь спи­на­ми».

Роль: Здесь де­е­при­ча­стия вы­сту­па­ют в роли важ­ней­ше­го смыс­ло­во­го ак­цен­та. Они по­ка­зы­ва­ют не­раз­рыв­ную связь ге­ро­ев: каж­дое их ос­нов­ное дей­ствие («шли», «от­ды­ха­ли») со­про­вож­да­ет­ся до­ба­воч­ным дей­стви­ем, на­прав­лен­ным на по­мощь то­ва­ри­щу. Без этих слов не­воз­мож­но было бы так точно пе­ре­дать силу муж­ско­го брат­ства.

Вывод: Таким об­ра­зом, ис­поль­зо­ва­ние де­е­при­ча­стий ра­бо­та­ет как мощ­ный ин­стру­мент вы­ра­зи­тель­но­сти. Они ожив­ля­ют кар­ти­ну борь­бы со сти­хи­ей и по­мо­га­ют нам глуб­же по­нять ха­рак­тер ге­ро­ев.

Об­ра­зец со­чи­не­ния 13.2  Бы­ва­ет такое: счи­та­ешь че­ло­ве­ка дру­гом, готов до­ве­рить ему самые со­кро­вен­ные чув­ства, а ока­зал­ся в труд­ной си­ту­а­ции – и куда этот друг де­ва­ет­ся… Таков Лев, один из ге­ро­ев тек­ста Е. Ру­да­ко­ва. В тяжёлую ми­ну­ту решил остать­ся в тёплой ма­ши­не с про­дук­та­ми. Ему всё равно, какие труд­но­сти при­ш­лось ис­пы­тать дру­зьям, чтобы найти под­мо­гу. С го­ре­чью и не­го­до­ва­ни­ем чи­та­ем стро­ки об этом по­ступ­ке: «Боль­ше ни Костя, ни я не успе­ли и рта рас­крыть, как Лев за­явил, что у него есть про­дук­ты и он, ра­зу­ме­ет­ся, ни­ку­да из ма­ши­ны не пойдёт! Так что у нас с Ко­стей вы­бо­ра не было».

А вот Костя – на­сто­я­щий друг, на та­ко­го можно по­ло­жить­ся. Вот как опи­сы­ва­ет автор нелёгкий путь: «Сил вер­нуть­ся не было, но Костя вер­нул­ся и с тру­дом, пол­зая по грязи, нашёл мой сапог. Потом мы шли, по оче­ре­ди тол­кая друг друга, или от­ды­ха­ли, опи­ра­ясь спи­на­ми». Вот так, спина к спине, под­дер­жи­вая дру­го­го, даже если спо­ты­ка­ешь­ся сам, идут по жизни на­сто­я­щие дру­зья.

Из­вест­ная по­сло­ви­ца гла­сит: «Дру­зья по­зна­ют­ся в беде». Смысл этой по­сло­ви­цы си­но­ни­ми­чен зна­че­нию при­ведённых фи­наль­ных стро­чек тек­ста Е. Ру­да­ко­ва: «Я и сей­час готов на любую охоту, хоть на львов в Аф­ри­ке: Кон­стан­тин в беде друга не бро­сит. И хо­ро­шо бы рядом снова ока­за­лись ком­бат Пугачёв и сол­да­ты». Кон­стан­тин – на­сто­я­щий друг, ко­то­рый в труд­ную ми­ну­ту был рядом, с ко­то­рым по силу пре­одо­леть любые пре­гра­ды. И ком­бат Пугачёв, и сол­да­ты, бро­сив­ши­е­ся на по­ис­ки за­стиг­ну­тых сти­хи­ей охот­ни­ков. А о Льве здесь и го­во­рить не­че­го, он не друг, а слу­чай­ный про­хо­жий. «Вверх таких,  — писал Вла­ди­мир Вы­соц­кий.  — не берут, и тут про таких не поют».

Об­ра­зец со­чи­не­ния 13.3

Что зна­чит быть на­сто­я­щим дру­гом? На­вер­ное, в спо­кой­ной, по­все­днев­ной жизни от­ве­тить на этот во­прос слож­но: мы вме­сте смеёмся, де­лим­ся сек­ре­та­ми, хо­ро­шо про­во­дим время. Но ис­тин­ная цен­ность друж­бы познаётся лишь на краю про­па­сти, когда на кону стоит не про­сто ком­форт, а сама жизнь. На­сто­я­щий друг  — это тот, кто за­бы­ва­ет о соб­ствен­ной боли ради спа­се­ния близ­ко­го, кто готов от­дать по­след­ние силы, чтобы вы­та­щить то­ва­ри­ща из беды. Рядом с таким че­ло­ве­ком ис­че­за­ет страх, по­то­му что ты твёрдо зна­ешь: тебя не пре­да­дут.

Разве мог рас­сказ­чик из тек­ста Е. Ру­да­ко­ва вы­жить в ле­дя­ной степи без сво­е­го вер­но­го то­ва­ри­ща Кости? Ко­неч­но, нет. Не­дав­но перенёсший опе­ра­цию, осла­бев­ший герой про­сто погиб бы в рас­кис­шей грязи под по­ры­ва­ми сби­ва­ю­ще­го с ног ветра. Но Костя берёт на себя самую тяжёлую ношу. Он по­мо­га­ет идти, под­дер­жи­ва­ет друга спи­ной во время ко­рот­ко­го от­ды­ха, а когда тот те­ря­ет сапог и не­ме­ет от хо­ло­да, Костя воз­вра­ща­ет­ся и пол­за­ет по ле­дя­ной жиже, чтобы найти про­па­жу (пред­ло­же­ния 18, 21–22). В этих по­ступ­ках нет гром­ких слов  — в них живёт под­лин­ная, де­я­тель­ная лю­бовь к ближ­не­му и го­тов­ность по­жерт­во­вать собой.

Но как горь­ко осо­зна­вать, что в этой же ма­ши­не на­хо­дил­ся и дру­гой че­ло­век  — Лев. По­че­му же он, здо­ро­вый и креп­кий па­рень, не пошёл про­би­вать до­ро­гу вме­сте с то­ва­ри­ща­ми? Ответ пу­га­ет своим ци­низ­мом: он пред­почёл остать­ся в тепле с за­па­сом про­дук­тов, трус­ли­во спря­тав­шись за чужие спины (пред­ло­же­ние 14). А когда опас­ность ми­но­ва­ла, этот эго­ист не­воз­му­ти­мо за­явил, что «не со­мне­вал­ся» в Косте (пред­ло­же­ние 32). На фоне этого ма­ло­душ­но­го пре­да­тель­ства мы ещё ост­рее по­ни­ма­ем: на­сто­я­щий друг не тот, кто ждёт чу­дес­но­го спа­се­ния в ком­фор­те, а тот, кто ша­га­ет рядом с тобой в самую страш­ную бурю.

Жизнь не­пред­ска­зу­е­ма, и никто не знает, какие ис­пы­та­ния ждут нас впе­ре­ди. Но как же хо­чет­ся ве­рить, что в ми­ну­ту от­ча­я­ния рядом ока­жет­ся надёжное плечо вер­но­го то­ва­ри­ща. И, что ещё важ­нее,  пусть у каж­до­го из нас хва­тит му­же­ства са­мо­му стать для кого-то таким же спа­са­тель­ным кру­гом.