По­яс­не­ние. На­брос­ки для со­чи­не­ния 13.1

Вступ­ле­ние: Чтобы пе­ре­дать глу­бо­кие, ис­крен­ние чув­ства ге­ро­ев  — боль, страх, со­стра­да­ние и без­гра­нич­ную жа­лость, ав­то­ры ис­поль­зу­ют раз­лич­ные сред­ства вы­ра­зи­тель­но­сти. Лек­си­ка и син­так­сис по­мо­га­ют чи­та­те­лю фи­зи­че­ски ощу­тить ду­шев­ное со­сто­я­ние пер­со­на­жей. Рас­смот­рим, как это де­ла­ет Б. П. Еки­мов.

При­мер 1: Ме­та­фо­ры для опи­са­ния внут­рен­не­го со­сто­я­ния героя.

В пред­ло­же­нии 34 автор пе­ре­даёт эмо­ции Гриши: «Серд­це маль­чи­ка об­ли­лось жа­ло­стью и болью». В пред­ло­же­ни­ях 8 и 67 опи­сы­ва­ет­ся, как в душе «что-то теп­ле­ло и таяло... жгло и жгло», а серд­це «бо­ле­ло и ныло».

Роль: Эти прон­зи­тель­ные ме­та­фо­ры по­ка­зы­ва­ют выс­шую сте­пень эм­па­тии. Чужая беда от­зы­ва­ет­ся в маль­чи­ке почти фи­зи­че­ской болью. Чи­та­тель по­ни­ма­ет, что Гриша не про­сто жа­ле­ет ба­буш­ку умом, а про­пус­ка­ет её стра­да­ния через своё серд­це.

При­мер 2: Син­так­си­че­ские сред­ства (вос­кли­ца­тель­ные пред­ло­же­ния и об­ры­ви­стые фразы) для пе­ре­да­чи па­ни­ки.

Речь бабы Дуни во сне со­сто­ит из ко­рот­ких, от­ча­ян­ных вскри­ков: «Кар­точ­ки! Куда по­де­ва­лись хлеб­ные кар­точ­ки? ... Люди доб­рые! Ре­бя­тиш­ки!» (пред­ло­же­ния 16–20).

Роль: Такой пре­ры­ви­стый, рва­ный син­так­сис бле­стя­ще пе­ре­даёт со­сто­я­ние па­ни­ки, ужаса и бес­по­мощ­но­сти че­ло­ве­ка, за­но­во пе­ре­жи­ва­ю­ще­го страш­ную во­ен­ную тра­ге­дию. Мы слы­шим сбив­чи­вое ды­ха­ние и крик души ста­рой жен­щи­ны.

Вывод: Таким об­ра­зом, вы­ра­зи­тель­ные сред­ства языка вы­сту­па­ют мощ­ней­шим ин­стру­мен­том пси­хо­ло­гиз­ма. Они по­мо­га­ют нам услы­шать боль про­шло­го и по­чув­ство­вать це­ли­тель­ную силу со­стра­да­ния в на­сто­я­щем.

Об­ра­зец со­чи­не­ния 13.2  «Он не спал, но на­хо­дил­ся в стран­ном за­бы­тьи, слов­но в годах далёких, иных, и в жизни чужой, и ви­де­лось ему там, в этой жизни, такое горь­кое, такая беда и пе­чаль, что он не мог не пла­кать». Так за­кан­чи­ва­ет­ся текст Бо­ри­са Еки­мо­ва. Этой фра­зой под­во­дит­ся итог раз­мыш­ле­ни­ям Гриши о том, с чем ему каж­дую ночь при­хо­дит­ся встре­чать­ся в тяжёлых снах бабы Дуни: далёкая война столь­ко горя при­нес­ла, что не­ско­ро за­тя­нут­ся раны в душах людей.

Гриша, ре­шив­ший бо­роть­ся с ноч­ны­ми кош­ма­ра­ми ба­буш­ки су­ро­во, жёстко, так и не смог ис­пол­нить своё ре­ше­ние, по­то­му что ему ис­крен­не жаль «ба­ба­ню»: «Серд­це маль­чи­ка об­ли­лось жа­ло­стью и болью. 3абыв об­ду­ман­ное, он опу­стил­ся на ко­ле­ни перед кро­ва­тью и стал убеж­дать, мягко, лас­ко­во…» Он не­рав­но­душ­ный че­ло­век, в нём уже за­ло­же­ны очень важ­ные ка­че­ства  — со­стра­да­ние и доб­ро­та. Имен­но по­это­му после того как уже и баба Дуня усну­ла, он не может спать. Он по­ни­ма­ет, что таких, как ба­буш­ка, чьи судь­бы ис­ка­ле­чи­ла война, много.

Че­ло­ве­ку долж­но быть свой­ствен­но со­стра­да­ние и же­ла­ние прий­ти на по­мощь  — важ­ные про­яв­ле­ния доб­ро­ты. Когда мы тво­рим добро, жизнь во­круг ста­но­вит­ся ярче, вот по­че­му пре­умно­же­ние добра все­гда воздаётся сто­ри­цей.

Об­ра­зец со­чи­не­ния 13.3

Быть доб­рым  — зна­чит уметь со­стра­дать, чув­ство­вать чужую боль как свою соб­ствен­ную и со­вер­шать по­ступ­ки ради блага дру­го­го че­ло­ве­ка. Ис­тин­ная доб­ро­та тре­бу­ет ду­шев­но­го труда, тер­пе­ния и са­мо­от­ре­че­ния. Она про­яв­ля­ет­ся не в гром­ких сло­вах, а в го­тов­но­сти по­жерт­во­вать соб­ствен­ным по­ко­ем, чтобы ис­це­лить чью-то рану.

Об­ра­тим­ся к тек­сту Б. П. Еки­мо­ва. Глав­ный герой, маль­чик Гриша, видит, как его ба­буш­ка каж­дую ночь му­ча­ет­ся от страш­ных снов о по­те­рян­ных в войну хлеб­ных кар­точ­ках. Думая о ней, маль­чик ис­пы­ты­ва­ет ду­шев­ную боль и ре­ша­ет по­мочь (пред­ло­же­ния 6–8). Ради этого он от­ка­зы­ва­ет­ся от сна, пьёт креп­кий чай и пол­но­чи де­жу­рит у её кро­ва­ти (пред­ло­же­ния 9–10, 13). Этот по­сту­пок по­ка­зы­ва­ет, что на­сто­я­щая доб­ро­та все­гда де­я­тель­на: она на­чи­на­ет­ся с осо­знан­но­го же­ла­ния за­щи­тить близ­ко­го че­ло­ве­ка.

Но выс­шее про­яв­ле­ние доб­ро­ты Гриши мы видим в мо­мент самой по­мо­щи. Из­на­чаль­но он хотел про­сто гром­ко крик­нуть и топ­нуть ногой, чтобы раз­бу­дить ба­буш­ку (пред­ло­же­ния 31–32). Од­на­ко, уви­дев её тяж­кие муки, маль­чик вы­би­ра­ет дру­гой, го­раз­до более слож­ный путь ми­ло­сер­дия. Он опус­ка­ет­ся на ко­ле­ни, мягко и лас­ко­во всту­па­ет в её бо­лез­нен­ный сон и убеж­да­ет ба­буш­ку, что кар­точ­ки на­шлись (пред­ло­же­ния 34–42). Его чут­кие, ис­це­ля­ю­щие слова успо­ка­и­ва­ют ста­рую жен­щи­ну. То, что после этого маль­чик пла­чет от про­ни­зы­ва­ю­щей боли за чужую беду (пред­ло­же­ния 66–68), до­ка­зы­ва­ет: у него огром­ное, по-на­сто­я­ще­му доб­рое серд­це.

Ис­то­рия Гриши учит нас ве­ли­кой ис­ти­не. Быть доб­рым  — зна­чит уметь бе­реж­но при­кос­нуть­ся к чу­жо­му стра­да­нию и найти в себе силы по­да­рить че­ло­ве­ку покой и уте­ше­ние.